Глава 16.
Глава 16. Свадебное застолье в уютном кафе «У Очага» перевалило за полночь. Шум в тесном зале стал глуше, раз за разом хлопала входная дверь — на улицу, в сырую мартовскую темень, то и дело вываливали покурить разомлевшие от выпитого боксеры и родственники Веры. Тамада, уставший кричать в хрипящий микрофон, наконец объявил перерыв и включил медленную, тягучую музыку. Мужчины, пошатываясь, потянулись из-за столов к своим женщинам, приглашая на середину зала, где красиво мигали разноцветные огоньки. Дмитрий Витальевич, сидевший во главе стола рядом с Анатолием Степановичем, благодушно улыбнулся и повернулся к жене. За вечер он успел изрядно выпить, галстук его был слегка ослаблен, а на лице блуждала веселая, уверенная улыбка человека, который пришел на праздник своего подчиненного.. — Юль, пошли потанцуем, что ли? Вспомним как мы с тобой раньше отрывали — Дмитрий потянул её за руку. — Разомнемся, а то от этих пирогов уже сидеть невмоготу. Юля качнула головой, мягко убирая ладонь. Весь этот вечер она сидела как на иголках, механически улыбаясь и пряча глаза. Напряжение внутри неё достигло такой точки, что любое лишнее движение казалось опасным. — Дим, я устала, голова раскалывается от этой колонки. Иди сам, если хочешь. Я посижу. — Ну как знаешь, — Дмитрий Витальевич не стал спорить. Он поднялся, одернул пиджак и, уверенно обойдя стол, подошел к невесте. Вера как раз собирала со стола пустые фужеры, бережно поправляя свой золотой кулон на шее. Дмитрий галантно склонил голову, подмигнув хмурому Олегу: — Молодой муж, разрешишь украсть твою красавицу на один танец? Обещаю вернуть в целости и сохранности, не обижайся. Олег, сидевший с каменным, непроницаемым лицом в своей новой свадебной рубашке, лишь коротко кивнул и повел плечом: — Возьми, Дмитрий Витальевич. Мне не жалко. Как только белое платье Веры и серый джемпер Дмитрия скрылись в кругу танцующих, Олег медленно поднялся со своего места. Он не стал медлить ни секунды. Шаг его был легким, пружинящим, как на ринге, когда соперник открывает зону для решающего удара. Он подошел к Юле вплотную, остановившись прямо над ней, и молча протянул руку. Его ладонь — огромная, с жесткой кожей и сбитыми костяшками — замерла в нескольких сантиметрах от её синего шерстяного платья. Юля подняла глаза. В полумраке кафе её лицо казалось неестественно бледным. Ей бы отказать, сослаться на ту же головную боль, отвернуться, но внутри неё словно отключился последний предохранитель. Весь этот долгий, мучительный вечер она смотрела, как он целует Веру под крики гостей, и внутри неё выжигало всё живое от дикой, непонятной ревности. Юля решительно, даже как-то зло встала со стула и молча вложила свои тонкие пальцы в его ладонь. На танцполе Олег не стал соблюдать приличия. Он прижал её к себе непозволительно, вызывающе близко. Юля почувствовала жесткую ткань его рубашки, монолитный разворот плеч и то, как его сильные руки намертво зафиксировали её талию, не давая сделать даже сантиметр дистанции. Она не попыталась отстраниться. Наоборот, Юля словно обмякла в его руках, полностью подчиняясь этой грубой, опасной силе.