— Виктор Данилович, Вера Николаевна согласна возглавить проект, — спокойно произнес Соб...
— Виктор Данилович, Вера Николаевна согласна возглавить проект, — спокойно произнес Соболев. — Но есть одно важное условие, о котором вы должны знать до того, как мы поставим подписи. Мы ждем ребенка. Вера организует проектную группу, сделает всю расчетную базу на первых месяцах, а к лету уйдет на удаленный контроль. Если вас устраивает такой график — мы работаем. Шестаков на секунду замер. Его тяжелый взгляд переместился на Веру, затем на Андрея. Он задумчиво побарабанил пальцами по столу, а потом вдруг негромко рассмеялся, и на его суровом лице появилась искренняя, теплая улыбка. — Поздравляю! — Шестаков шумно выдохнул и покачал головой. — Соболев, ну ты и жук. Забрал у меня лучшего архитектора города, так еще и условия диктуешь. Ладно. Вера Николаевна, ваш интеллект мне нужен на ключевом, стартовом этапе. А команду вы строить умеете, я это по фундаментам помню. Я согласен. Оформляем гибкий график. Будем работать. Все бумаги были подписаны и мужчины пожали друг другу руки. -Вера Николаевна, берегите себя, вы нам всем очень нужны -Я буду стараться - ответила Вера. ******** Юридическая машина по разводу была запущена. Документы на развод с Марком Вера подала через адвоката Соболева уже в конце января. Процесс назначили на середину февраля в тихом районном суде Москвы. В день заседания Марк приехал за полчаса до начала. Он уже уверенно ходил без трости, полностью восстановил форму и выглядел статно, но внутри него все равно дрожала глухая, нервная струна. Переступая порог душного судебного коридора, он судорожно оглядывался по сторонам. Марк до последнего надеялся встретиться с бывшей женой. Ему не нужны были скандалы — ему отчаянно, до боли хотелось просто посмотреть на неё, увидеть её спокойный взгляд и, возможно, сказать последнее живое слово. Но в коридоре его встретил только Андрей Соболев. Он приехал вместе со своим адвокатом. Никаких споров и грязных разбирательств не намечалось — Марк закрыл все вопросы сам, переведя Вере её честную долю от продажи квартиры, поэтому юристу оставалось лишь уладить формальности... Марк заметно поблек. Его плечи слегка опустились. Когда секретарь пригласила их в зал для подписания бумаг, Красовский не выдержал. Он остановился у дверей и глухо, с явным расстройством в голосе спросил Андрея: — Что… Вера совсем не хочет меня видеть? Даже на развод не приехала? Андрей Соболев остановился. Он посмотрел на Марка — спокойно, без прежней жесткости или торжества. В его взгляде было лишь прямое мужское понимание. — Нет, Марк, дело не в этом, — ровно ответил Андрей. — Вера беременна. На улице гололед, в залах судов вечная суматоха и нервы. Я просто не хочу подвергать её и нашего ребенка лишней опасности. А тебе… тебе она всегда желала и желает только хорошего. Поверь. Марк замер на месте, словно от сильного, внезапного удара. Новости оглушили его. Внутри окончательно оборвалась последняя, тонкая нить, связывавшая его с прошлым. Вера беременна. У неё будет ребенок от другого мужчины, который бережет её каждый шаг и закрывает собой от любых штормов. Марк медленно сглотнул подступивший к горлу ком, молча кивнул и первым прошел к столу судьи. Через пятнадцать минут всё было кончено. Судья поставила финальный штамп. Их семилетний брак официально перестал существовать. Выйдя на крыльцо суда, Марк глубоко вдохнул морозный февральский воздух. Было больно, но эта боль была чистой. Прошлое окончательно умерло, уступив место новой, чужой жизни, в которую он больше не имел права даже заглядывать. .Продолжение