Агрономом по полям бегать не будет. Хватит, набегался, пока студентом был. Теперь в рай...
Агрономом по полям бегать не будет. Хватит, набегался, пока студентом был. Теперь в райкоме комсомола будет сидеть, сельских комсомольцев на трудовые подвиги воодушевлять. Народится ребеночек, будут молодые жить, как сыр в масле. В достатке, в превосходстве. Уж Зоя ради куколки своей постарается. Вера все эти разговоры старалась обходить стороной. Чужое показное богатство не раздражало, задевала ощущение своей второсортности. Особенно ранило сознание, что сын опускает руки, считает себя инвалидом, готов пустить жизнь под откос. Рядом с Натальей изменился, вроде почувствовал почву под ногами. Конечно, до буквального значения этих слов предстояло сделать немало усилий, но то, что он встанет Вера теперь не сомневалась. Она с благодарностью смотрела на Наталью. Готова была поддерживать во всем, что та скажет. Димка приободрился, повеселел, распрямился. Кудрявый чуб русых волос теперь был зачесан назад, глаза горели, руки вспомнили о гантелях. - Да ты у нас герой, - довольный доктор уже не сомневался в результате лечения. В его копилке появился еще один пример, когда воскресший в больном теле, дух творил чудеса. «Всем бы раненым по такой Наталье», - улыбался он. Он уже обсудил с девушкой методы восстановления, сказал, что та может обращаться к нему и за советом, и за помощью. Твердо обещал, что в итоге,Димке ничего другого не останется, как только ходить и радоваться жизни. Дима и Наталья расписались теплым солнечным днем. После ЗАГСа поехали в свою съемную квартиру, где начиналась их семейная жизнь. В светлом платьице тоненькая Наталья выглядела хрупкой, привлекательной. - Я обещаю, что стану тебе опорой. Потерпи немного, у нас всё будет хорошо, - говорил Дима. – И свадьбу мы обязательно сыграем, ты будешь самой красивой невестой. Родители Натальи в своем городке шли в гости. К сватьям. Обе мамы решили отметить соединение детей, и посидеть в тесном семейном кругу. По дороге на всех парусах мчалась Зоя. - В больницу бегу. Ирочку рожать увезли. Не уберегла я свою куколку. Говорила ей, что сама эти занавески повешу. А она ведь, беспокойная душа, зря не просидит. С пузом взялась порядок наводить. Потянулась, наверное, вот раньше времени и началось. Ну ничего. Сейчас недоношенные еще лучше доношенных, - Зоя остановилась рядом и принялась объяснять случившееся. – А вы далеко ли нарядились? - Да ты, беги, Зоя, беги. Чего про нас говорить, когда дочка рожает? –откликнулась Нина Ивановна. - Ты там Наталье – то сообщи, когда Ирочка родит. Всё таки подругами были. Им теперь делить нечего, - кричала Зоя. Нина Ивановна согласно кивнула. Взяла мужа под руку. Им было в другую сторону. Вечером Зоя заказала переговоры. Нужно было сообщить Анатолию, что у него родился сын. До этого Зоя три часа ходила под окнами роддома, прислушиваясь и стараясь понять, что происходит за толстыми стенами. Как только Ира ей позвонила, что время настало и она вызывает «Скорую», Зоя потеряла всякий покой. Срочно позвонила своей напарнице, велела срочно бежать на работу, менять её, Зою. Закрыть чапок никак было нельзя. К вечеру сюда подтягивались клиенты, сливались в блюдечко из мужских карманов копеечки, чтобы потом образоваться в рублик и осесть в кошелечке Зои. Кошелечек теперь требовался побольше и потуже. Семья дочери пока повисла на Зоиной шее. Зять доучивался, никакого дохода с него не было. Дочка ждала ребеночка, а с появлением младенца требовалось всего много – и пеленки, и кроватка-коляска, и одежка. Первый внук или внучка должны были быть одеты у Зои, не хуже, чем у больших начальников. Она уж насчет коляски давно договорилась. Конечно, импортная нужна, чтобы всем на зависть. Правда, со сроками маленько ошиблась. Так то Ирочке рожать еще рановато. Если считать от свадьбы, так время падало на середину лета. А тут только май. Да кому какое дело. Пускай каждый на себя поглядит, может, и рассмотрит в своем глазу бревно. Нечего в чужих соринки выискивать.