«Адаптирование к потребностям пациента-это признание сложных травмирующих ситуаций, с к...
«Адаптирование к потребностям пациента-это признание сложных травмирующих ситуаций, с которыми эти пациенты столкнулись. Терапевту необходимо их признать: чувства незащищённости, небезопасности, которые открывает травма. Травмированный человек ищет безопасность и защищенность, в том числе через поиск человека, с которым он хочет и может поговорить именно тогда, когда у него появляется такая потребность, необходимость и желание. Большая ошибка самому спрашивать человека о пережитой травме,что с ним произошло, как он переживает это, просить описать травматическое состояние. Человеку, столкнувшемуся с травмой, сначала нужно «забыть», что он пережил [от меня: смогли «забыть» эту травму, как массированное всепроникающее разрушение привычного уклада жизни; как разрыв гомеостаза], а уже затем,когда человек сможет вспоминать это травмирующее событие мало-помалу, небольшими частями, фрагментами, кусочками, - тогда это будет возможно как-то переработать. Только так это поддается психической переработке. Терапевту необходимо следовать за пациентом, шаг за шагом [от меня: а не пробуждать травматические следы «по своему усмотрению»]. А теперь мои размышления: Рене Руссийон показывает нам как мы и в обыденной жизни друг с другом должны бережно обходиться с людьми, которые переживают утрату,проживают горе. Мы должны слушать горюющего человека (в чём сейчас заключается потребность горюющего?), а не навязывать ему свои представления как и что он должен сейчас переживать. Он находится в непростой ситуации:с одной стороны, он потерял близкого человека, а с другой стороны он постоянно сталкивается с тем, что обычная жизнь продолжается,но уже без близкого человека. Как выживать в такой ситуации? Постоянное напоминание о травме (а горе - это травма) в стиле «Как ты?» возвращает горюющего к самой сердцевине травмы – его потере,которая никак не может быть возмещена и исправлена. Более жестокого вопроса сложно себе вообразить,если подумать, что этот вопрос подчеркивает ту непреодолимую черту, которая разделяет вопрошающего от страдающего. «Как ты в этом горе, которого у меня сейчас нет? Расскажи мне о своей боли», - так необходимо понимать бессознательное содержание этого вопроса. Признание страдания горюющего, - это следование за его потребностями в настоящем моменте. Быть рядом, - это говорить обо всем, о чем сейчас хочет говорить сам горюющий, что сейчас затрагивает жизнь горюющего, который меньше всего хочет говорить о боли, и как то пытается вернуться к жизни и утвердиться в жизни, которая неумолимо происходит без любимого человека. Для собеседника горюющего, очень часто, вопрос о том, как переживает горюющий свое горе, - это любопытство, смешанное с садизмом, из разряда попытки прикоснуться к тайне смерти и тем, кто столкнулся со смертью (вспомним, как реагируют люди в машинах на дороге, когда они проезжают мимо автомобильных аварий с летальным исходом). Или попытка бессознательно проработать свои непрогорёванные потери через боль и страдания другого. И невозможность справиться со своими переживаниями о будущем(ведь горе ждет нас всех,- рано или поздно, это часть жизни)». Денис Жигалов, по следам семинара Рене Руссийона От Валерии Коль