Сказание о княгине Ольге, её мудрости и мести древлянам за князя Игоря
Сказание о княгине Ольге, её мудрости и мести древлянам за князя Игоря Ноябрьский ветер шесть тысяч четыреста пятьдесят третьего года от сотворения мира гнал по свинцовым водам Днепра первую ледяную шугу и выл в дубовых городнях киевского детинца, словно голодная волчица над пустым логовом. На высоком теремном крыльце над Боричевым взвозом, не замечая колючей снежной крупы, что секла лицо и застревала в собольей опушке тяжелого плаща, стояла княгиня Ольга. Пальцы ее, побелевшие от стужи, намертво сжимали резные ясеневые перила, а взгляд светлых, цвета северного речного льда глаз был устремлен на запад — туда, где за желтыми приднепровскими лугами и студеной рекой Ирпень чернела зубчатая, непроходимая стена древлянских боров. Шла третья седмица с того дня, как старший воевода Свенельд вернулся в Киев со своей сытой, отяжелевшей от мехов, воска и серебра дружиной и бросил у ворот страшное в своей будничности слово: князь Игорь с малой сотней гридней повернул коней обратно к Искоростеню, пожелав взять с древлян вторую дань сверх положенного урока. Ольга знала нрав своего мужа. Тридцать с лишним лет прошло с того ясного летнего полудня на быстрой реке Великой под Псковом, у каменистых Выбутских порогов, когда юный княжич Игорь, разгоряченный охотой, кликнул с берега перевозчика — и навстречу ему на веслах выплыла в узкой долбленой лодке пятнадцатилетняя девушка в простом льняном сарафане. Тогда он, ослепленный ее дивной, строгой красотой и гордым разлетом соболиных бровей, попытался было заговорить с ней вольными княжескими речами, но юная паромщица осадила его с такой спокойной, режущей, как отточенный серп, мудростью: «Зачем смущаешь меня нескромными словами, княже? Пусть я молода и незнатна, и одна здесь на воде, но знай: лучше для меня броситься в эту глубокую реку, чем стерпеть поругание!» Именно за этот непокорный, ясный ум и выбрал ее тогда Вещий Олег в жены молодому Рюриковичу, предпочтя простую псковитянку дочерям заморских конунгов и степных ханов. Три десятка лет она была для Игоря не просто женой, но тихим, надежным…