Краткое содержание 2 главы. Два попутчика и история Аристомена
Краткое содержание 2 главы. Два попутчика и история Аристомена Во второй главе М.-Л. фон Франц анализирует первую вставную историю о происшествии, случившемся с торговцем сыром и мёдом Аристоменом. Молодой Луций отправляется в Фессалию, откуда происходила семья его матери, чтобы изучать колдовство, и по дороге встречает двух путников, спорящих о странной истории с двумя ведьмами, произошедшей с одним из них, Аристоменом. Этот первый «вставной» рассказ следует воспринимать как проявление бессознательного, как сон, отражающий глубинные переживания героев. Аристомен горячо рассказывает о случившемся, второй попутчик высмеивает его с позиции рационального мышления, а присоединившийся к спору Луций воспринимает рассказ просто как занимательный анекдот. В образе Луция Апулей воплотил три грани своей личности: первобытную веру в сверхъестественное, рациональное отрицание мистики и способность воспринимать происходящее как увлекательное приключение. Имя героя происходит от латинского «lucere» — «сиять» и «lux» — «свет», что символично отражает его роль как носителя осознанности и искателя истины. Луций воплощает Самость Апулея — предсознательную форму его будущего «я», выражающую наивную героическую мечту и стремление к более высокому уровню сознания. Этот персонаж олицетворяет то, кем хотел бы стать Апулей: смелым искателем опыта, воплощающим в жизнь те приключения и переживания, которых автору не хватило в реальности. Главная проблема Луция заключается в его желании исследовать тьму, сохраняя дистанцию, — черта, перенятая от самого Апулея. Однако такой подход обречён на провал: невозможно изучать что-либо, не погружаясь внутренне в предмет исследования, и попытка сохранить отстранённость приводит лишь к тому, что беда настигает героя неожиданно. На рынке Аристомен встречает своего старого друга Сократа в жалком состоянии — в лохмотьях и без гроша в кармане. Сократ рассказывает, что после нападения разбойников, отпустивших его из-за старости, он нашёл приют у старухи Мерои, торговавшей вином. Старуха подчинила себе бедного Сократа, заставив его прислуживать ей днём и ночью, и тот вскоре обнаружил, что она обладает невероятной магической силой. Античная ведьма Мероя воплощает могущество великой богини, способной управлять противоположностями: соединять небо и землю, превращать воды в горы и низводить богов с небес. Подобно архетипической Великой Матери в её устрашающем обличье, она подчиняет себе мужчин, кастрируя их или превращая в животных, удерживая рядом столько, сколько пожелает. Аристомен пытается спасти Сократа от ведьмы Мерои, приведя его на постоялый двор. Однако в полночь ведьмы Мероя и её сестра Пантия, означающая «всемогущая богиня», проникают в комнату, убивают Сократа, вырывают его сердце, а рану на шее затыкают губкой, но оставляют в живых Аристомена, предупредив о последствиях сопротивления. Оправившись от шока, Аристомен пытается повеситься, но неудачная попытка приводит к тому, что он обнаруживает — Сократ жив. Тем не менее после завтрака Сократа мучает жажда, он идёт к реке, губка выпадает из его горла, и он умирает по-настоящему. Аристомен закапывает тело и спешно покидает место происшествия. Присвоение имени Сократа жалкой жертве ведьмы-нимфоманки выглядит как насмешка, однако этот выбор имени открывает глубокие психологические параллели. Исторический Сократ стремился к эмоциональной бесстрастности, и это стремление привело к появлению у него такой эмоционально яркой жены, как Ксантиппа. реческая философская школа игнорировала женский принцип, признавая лишь его возвышенную форму, что ярко проявилось в отношении к реальной женщине как к низшему существу. В результате такой девальвации женского начала оно обретает негативный характер, что отражено в образах ведьм Пантии и Мерои, символизирующих разрушительные эмоции и сексуальную одержимость. Начавшееся в поздней античности возрождение женского архетипа было прервано подъёмом иудео-христианской традиции, которая ещё сильнее укрепила патриархальные устои.