Он увлажнил мою "Розу" и вспахал мою "Грядку". То КАК он это делал, я до сих пор не зна...
Он увлажнил мою "Розу" и вспахал мою "Грядку". То КАК он это делал, я до сих пор не знаю, как забыть… Тарас в тот вечер не находил себе места. Сидел рядом, крутил в пальцах стакан, поправлял очки и говорил тише обычного — будто сам боялся того, что собирался произнести. Он признался: ему хотелось увидеть рядом со мной другого мужчину. Не вместо него. При нём. Сначала меня обожгло обидой. Потом пришёл стыд за собственный интерес. А ночью эта мысль уже лежала между нами, как горячий уголь под тонкой тканью: не видно, но невозможно не чувствовать. Через несколько дней после спортзала я села в такси и поймала взгляд водителя в зеркале. Роман был новым в городе: спокойный, смуглый, с серыми глазами и руками, которые слишком уверенно лежали на руле. От него пахло мятой и холодным одеколоном, а его улыбка не просила разрешения — она будто заранее знала ответ. Я сказала пару обычных фраз, но в них уже был намёк. Провела пальцем по шее, задержала движение чуть дольше, чем нужно, и увидела, как он на миг потерял свою водительскую невозмутимость. У дома я попросила номер, а вечером написала первой. Переписка началась почти невинно: фото, голосовое, короткие фразы, от которых становилось жарко даже в пустой кухне. Я понимала, что выбрала его. И когда сказала об этом Тарасу, он не стал отговаривать. Только попросил назвать время и место. В пятницу мы сняли квартиру на окраине. Мягкий диван, медовый свет абажура, тёмная вода за окном. Я долго готовилась, будто выходила не к мужчине, а к собственной тайне. Когда вошла в комнату, Тарас уже сидел в кресле, а Роман ждал на диване. ㅤㅤㅤ Я остановилась между ними. Воздух стал густым, почти неподвижным. Тарас кивнул мне и тихо сказал не спешить. Тогда я подошла к Роману, опустилась коленями на край дивана и сделала первый шаг — а то, как он это делал дальше, я до сих пор не знаю, как забыть...Читать далее