«Я приехал из командировки и решил, что у жены роман. А оказалось...»
«Я приехал из командировки и решил, что у жены роман. А оказалось...» Я представил, как тихонько, чтобы не разбудить домашних, открою дверь, на цыпочках зайду в квартиру, как увижу спящую Кристинку в ее соблазнительной пижамке, как нежно поцелую в теплое круглое плечико, а она промычит в полусне что-то невнятное, потом проснется окончательно и радостно воскликнет: «Илюшка приехал!», обхватит мою шею руками и, дурачась, завалит на себя. Я представил и почувствовал, как сладко заныло одновременно в двух местах - в сердце и в паху. В сердце - потому что я очень люблю свою жену, а в паху... ну, будем считать, по той же причине. Ох, как же я ее люблю! Ох, как сейчас ей это докажу... Лишь бы мальчишки уже ушли в школу. Кристинка не спала. Я едва успел вставить ключ в замочную скважину, как дверь распахнулась. На шее у меня жена повисела и повизжала, но как-то без особого энтузиазма. И вид у нее был какой-то виноватый, что ли (но это я потом сообразил)... На доказательство любви ушло минут десять, потом меня резко потянуло в сон, а Кристинку - поговорить. — Илюш, скажи, ты меня любишь? — Конечно люблю. — А как именно любишь? — Очень... - усилил я ответ. — Больше всех на свете? - не унималась она. — Угу... - И это было правдой. — И всегда будешь любить меня несмотря ни на что? Я кивнул и провалился в сон. Когда я проснулся, жены дома не было. В кухне на столе стоял завтрак, накрытый льняной салфеткой, а рядом - записка: «Любимый, я в магазине. Пожалуйста, поешь и, если можешь, не ходи сегодня на работу». На работу я и сам очень рад был бы не ходить, но шеф ждал отчет о командировке. Впрочем, это был единственный шункт записки, который меня не насторожил. Любимый... Никогда в жизни Кристинка так ко мне не обращалась. Обычно она говорила Илюшка, а в минуты нежности называла меня Чернышом (производная от фамилии Чернышов). Странно... И эта ее просьба поесть... Отсутствием аппетита я вообще-то никогда не страдал, а тут такая трогательная забота... Я поднял салфетку и даже присвистнул от удивления. На блюде красовалась целая гора драников! Признаюсь, это мое любимое блюдо. Правда, возни с ними много, и Кристинка соглашается их приготовить только в том случае, если я собственноручно натру картофель на терке. Но чтобы она с утра встала, начистила картошки, потом сама ее натерла и нажарила драников... Это что-то из ряда вон выходящее и невероятное. И тут в моей голове стала выстраиваться четкая логическая цепочка, только в обратном порядке: драники, странная записка, виноватый вид жены. И главное - ее вопрос: «Будешь ли ты любить меня несмотря ни на что?». Интересно, что всё это значит? На что это я должен не смотреть? Неужели Кристинка мне... Нет, этого не может быть! А почему не может? Классика жанра: уехал муж в командировку... В мрачных раздумьях я побрел к своей машине и уже садился за руль, когда меня окликнул сосед Серёга: — Привет, Илюха! Рад тебя видеть. Подбросишь до центра? — Садись, - буркнул я. — Ты чего это такой хмурый? - поинтересовался Серёга. - Из-за своей красавицы? «Откуда он знает? - мысленно ахнул я. - Неужели Кристинка приводила своего хахаля на глазах у всего дома?» — Да, наверное, это приключение влетит тебе в копеечку... - задумчиво заметил сосед. — А я что, должен за это... еще и платить? — Так что, выходит, ты не виноват? — Конечно не виноват! Я знаешь как ее любил? Вот как мне теперь дальше жить?! Серёга посмотрел на меня почти с испугом и сказал: — Ну ты, старик, перегнул палку. Подумаешь, «задницу» машине слегка помяли. Могу дать ,телефон толкового рихтовщика. — Ты это о чем? - с недоумением спросил я. — Как о чем? О твоей «Хонде». Я затормозил так резко, что Серёга чуть не влетел головой в лобовое стекло. Выйдя из машины, я обошел ее кругом и увидел на заднем бампере небольшую вмятину. — Серёга, ты куда? - крикнул я вдогонку убегающему соседу. — Да я лучше на маршрутке доеду...