Учительница приехала в глухую деревню по контракту и случайно узнала, кто её настоящий ...
Учительница приехала в глухую деревню по контракту и случайно узнала, кто её настоящий отец. Марина вышла из автобуса и огляделась. Деревня встретила её тишиной. Не той, городской — с гулом машин за окном, с соседским телевизором сквозь стену, — а настоящей, глубокой, как вата. Только снег под ногами скрипел да где-то за домами лаяла собака. Февраль стоял морозный, солнечный. Дым из труб поднимался столбами — ровными, белыми, неподвижными. Марине было двадцать девять. Она окончила пединститут в столице республики семь лет назад, отработала в городской школе, а теперь — программа «Земский учитель», контракт на три года, подъёмные, жильё. Деревня на берегу реки, школа на сорок учеников. Четыре класса — началка, пятый-шестой, седьмой-восьмой, девятый. Она — русский язык и литература, плюс классное руководство у седьмого-восьмого. Жить определили в дом, который стоял через дорогу от школы. Небольшой, бревенчатый, с печкой и пластиковыми окнами — местная администрация постаралась к приезду учителя. Три комнаты, кухня, веранда. В сенях пахло сухими вениками и старым деревом. Первые дни прошли в хлопотах: знакомство с директором, с коллегами, разбор вещей, растопка печи. Марина никогда не жила в деревенском доме — поначалу всё было в диковинку. Как топить печь, чтобы к утру не выстыло. Как носить воду, если замёрз насос. Как развешивать бельё на морозе — оно колом стоит, но сохнет. На третий день она пошла знакомиться с деревней. Надела пуховик, шапку, валенки — купила специально перед отъездом, — и отправилась вдоль улицы. Деревня была маленькая: три улицы, школа, клуб, магазин. Дома бревенчатые, старые, но ухоженные. Кое-где — спутниковые тарелки. У одного дома стоял трактор с прицепом. У другого — старая «Нива» без колёс. На заборах сидели вороны. Она шла и разглядывала. Кто-то здоровался — она кивала в ответ. У одного из домов, третьего от школы, работал мужчина. Марина замедлила шаг.