🚪 КВАРТИРА, КОТОРУЮ СДАЮТ ДЕШЕВО
🚪 КВАРТИРА, КОТОРУЮ СДАЮТ ДЕШЕВО Я снимал жильё в Питере. Денег было мало, поэтому искал варианты ниже рынка. Нашёл: двушка на Васильевском, старый фонд, ремонт советский, но чисто. Цена — смешная. Хозяйка, женщина лет шестидесяти, сказала: — Квартира хорошая. Только одно условие: не включайте свет в коридоре после полуночи. Проводка старая, может замкнуть. Всё остальное — ваше. Я согласился. Какая разница, где выключатель. Первую неделю всё было нормально. Я работал из дома, почти не выходил. Коридор у меня был длинный, узкий, с одной лампочкой на потолке. Я им почти не пользовался — проходил на ощупь. На восьмой день я засиделся за ноутбуком до двух. Пошёл на кухню за водой. И машинально щёлкнул выключателем в коридоре. Лампочка загорелась. И я увидел, что стены в коридоре — не такие, как днём. Днём они были серые, с потёками от старой краски. Сейчас они были исписаны. Мелким, аккуратным почерком. Сверху донизу. Слева направо. Строчки шли ровно, будто кто-то писал по линейке. Я подошёл ближе. Прочитал первую строку: «Он не любит, когда горит свет. Он думает, что его увидят. Но его всё равно видно. Просто не глазами.» Я выключил свет. Постоял в темноте. Включил снова — надписи на месте. Выключил. Ушёл спать. Утром стены были чистыми. Я решил, что мне показалось. Стресс, недосып. Но через три дня повторилось. Я снова забылся и включил свет в коридоре. На стенах — новые строки. Другим почерком. Крупнее, злее: «Он ходит, пока ты спишь. Он считает твои шаги. Он знает, сколько раз ты встаёшь ночью. Сегодня ты встал дважды. Ему не понравилось.» Я позвонил хозяйке. Спросил прямо. Она долго молчала, потом сказала: — Значит, вы всё-таки включили. Я предупреждала. Это не опасно. Он просто пишет. Он так разговаривает. Вы не первый, кто его видит. Но вы первый, кто позвонил и спросил, а не сбежал. — Кто «он»? — Тот, кто жил здесь до меня. Он умер в этом коридоре. Ждал врача, не дождался. Он не злой. Он просто не понимает, что его больше нет. И когда свет горит, он думает, что вернулся. И пишет. Ему нужно, чтобы кто-то прочитал. Я сказал, что съеду. Она не удивилась. — Съезжайте. Только, если можно, не выключайте свет сегодня. Дайте ему дописать. Он не любит, когда бросают на середине. Я не выключил. Утром на стене было одно слово, написанное очень мелко, в самом углу: «Спасибо». Я собрал вещи и уехал. Но иногда, когда я засыпаю и в комнате темно, я слышу, как что-то скребёт по стене. Ровно. По линейке. И я не включаю свет. Потому что боюсь увидеть, что он пишет теперь. Не про меня. Обо мне. А вы бы прочитали до конца?