БАННИК В СТАРОЙ БАНЕ
БАННИК В СТАРОЙ БАНЕ Моя бабушка жила в деревне, в доме с настоящей чёрной баней. Топили по-чёрному — дым шёл в саму баню, а потом через дверь и окошко. Бабушка говорила: «В бане не ругайся, не кричи, не свисти. Там хозяин. Банник. Он не любит шумных». Я в детстве не верил. Ну какой хозяин? Печка, полок, чан с водой. А потом мне было лет двенадцать. Мы с двоюродным братом пошли в баню вдвоём. Взрослые остались в доме. Мы затопили, разделись, зашли. Пар был густой, горячий. Мы сидели на полке, разговаривали, смеялись. И я, дурак, свистнул. Просто так. От хорошего настроения. В ту же секунду жар пропал. Не ушёл — исчез. Холод ударил такой, будто нас выкинули на мороз. Пар осел. Стало темно. Я обернулся — брат сидит, глаза круглые, дышит часто. И тут мы услышали шаги. Не наши. Тяжёлые. Босые. По полу, где воды нет. Шаги шли от печки к полку. Медленно. Ближе. Ближе. И голос. Низкий, хриплый, будто из-под земли: «Кто свистел?» Мы молчали. Шаги остановились прямо у полка. Я чувствовал дыхание. Не пар — дыхание. Холодное, сырое, пахнет мокрой шерстью и землёй. Я не видел его. Но знал, что он стоит и смотрит. На меня. Брат прошептал: «Простите нас. Мы больше не будем». Тишина. Потом дыхание отступило. Шаги пошли обратно к печке. Жар вернулся. Мы выскочили из бани голыми, на снег, и побежали в дом. Бабушка посмотрела на нас и всё поняла. Сказала только: «Свистели?» Мы кивнули. Она вздохнула: «Он вас пожалел. В следующий раз — не пожалеет. Банник свист не прощает». Больше я в баню не ходил. А через год бабушка продала дом. Новые хозяева снесли баню. Сказали — старая, гнилая. Но когда разбирали, нашли под полом, в самом углу, сухие кости. Много. Куриные, козьи. И одну — человеческую. Маленькую. Детскую. Никто не стал разбираться. Просто закопали обратно и залили бетоном. Как думаете — кто живёт в бане, если её топить по-чёрному? 👇