Она не появлялась. Ни через неделю, ни через месяц, ни через год. Виктор женился, родил...
Она не появлялась. Ни через неделю, ни через месяц, ни через год. Виктор женился, родился сын, квартира наполнилась смехом, запахом еды, детскими игрушками. Шкаф не вернулся. Девочка не приходила. Но иногда — редко, по ночам, когда дом затихал, — Виктор просыпался от странного чувства. Будто в комнате кто-то есть. Будто кто-то стоит в углу. Тот самый угол. Где был шкаф. И ждёт. Тихо. Терпеливо. С мишкой в руках. Он не оборачивался. Закрывал глаза. Прижимал к себе жену. Сына. И думал: она где-то рядом. Всегда. Близко. И если появится — не кричи. Не отталкивай. Просто поиграй с ней. Немного. Пять минут. Пока она не улыбнётся. Пока не уйдёт. Пока не оставит в покое. Она ведь просто хочет, чтобы с ней поиграли. Никто не хочет. Никто никогда не хочет.