Есть распространенный миф, что родственная опека - самая простая. Но родственникам, кот...
Есть распространенный миф, что родственная опека - самая простая. Но родственникам, которые забирают детей, обычно не дают времени на подготовку. Беда сваливается снегом на голову: потеря близких, разрушенные семьи и необходимость в один момент вновь стать родителем. Чаще всего опекунами становятся бабушки. Так, четыре года назад Нина оформила опеку над двенадцатилетним внуком Артёмом. Его отца не стало из-за запрещенных веществ, а мать лишили родительских прав. Нина даже не сомневалась - это же родной внук. Но полтора года назад семья оказалась на грани краха. Артём стал неуправляемым - школа грозила опекой, мальчик грубил, дрался, ночами сидел в телефоне и прогуливал уроки. Бабушка выбилась из сил. К её отчаянию примешивалось чувство вины: «Я не уберегла дочь… неужели я снова не справлюсь?». Она пыталась контролировать каждый шаг Артёма, но от этого становилось хуже всем. Школьный психолог вовремя заметила проблемы и посоветовала обратиться в фонд. Работа специалистов велась сразу в нескольких направлениях: ✔️ индивидуально с бабушкой: психолог помогал Нине пережить горечь утраты дочери, снять с себя вину и понять главное: Артём бунтует не потому, что она «плохая бабушка», а из-за пережитой травмы. ✔️ в группе поддержки: Нина наконец выдохнула. Она увидела, что не одна и смогла разобраться в причинах поведения подростков. ✔️ с Артёмом: мальчик занимался в группе - учился справляться с тревогой и безопасно проживать злость. ✔️ на детско- родительских сессиях: бабушка и внук учились слушать и слышать друг друга. Что изменилось за полтора года? Артём перестал прогуливать школу, ушли агрессия и побеги из дома. Да, он всё ещё подросток — со своими бурями и спорами, но теперь он не запирается в комнате и готов к диалогу. А Нина... она больше не пытается контролировать всё вокруг. Сейчас её главная мудрость звучит так: «Оценки - его зона ответственности. Моё дело - быть рядом и быть для него домом». ( И раз в две недели она приезжает на группу поддержки уже не потому, что «всё рушится», а потому, что ей необходимо быть там, где всегда выслушают и поддержат).