Вопрос о банкротстве Wildberries (RWB) сейчас звучит всё чаще — 17 августа 2026 г. в 07:42:22.882
Вопрос о банкротстве Wildberries (RWB) сейчас звучит всё чаще Сам маркетплейс официально об этом не заявлял, но совокупность факторов говорит о критическом положении. На конец 2025 года собственный капитал RWB составлял всего 2,44 млрд рублей. При этом процентные расходы компании выросли в 14 раз — до 56,25 млрд рублей, причём около 796 млрд задолженности привязано к ключевой ставке. Уже тогда были нарушены финансовые ковенанты по кредитам. С 2025 года RWB потратила более 310 млрд рублей на покупку непрофильных активов: «Рив Гош» (убыток 1,71 млрд), «Еаптека» (убыток 4,1 млрд), убыточный аэропорт Магас и другие. При этом дивиденды за 2025 год составили 66,1 млрд рублей при чистой прибыли 55,3 млрд — капитал распределяли быстрее, чем зарабатывали. Удары по складам добили конструкцию. С середины июля атакам подверглись более 20 логистических объектов. По оценкам Data Insight, компания потеряла около 20% складских мощностей (до 1,15 млн кв. м). Общие потери маркетплейса и продавцов оцениваются в 600–800 млрд рублей. Оборот Wildberries сократился на четверть из-за массового выхода продавцов. Бизнес-модель, построенная на удержании денег покупателей в обороте до выплат селлерам, дала сбой — при падении оборота компания столкнулась с системным дефицитом ликвидности. По оценкам экспертов, потребность RWB в привлечении средств во избежание дефолта может достичь 1,3 трлн рублей. Прямой ущерб компании — от 100 до 200 млрд рублей. RWB приостановила всю инвестиционную программу и сделки M&A, сосредоточившись на выживании. На компанию подано более 2 тыс. судебных исков почти на 4 млрд рублей.Власти обсуждают меры поддержки, но о прямых выплатах речи не идёт. Источник Reuters, близкий к Кремлю, признал: «Ни у кого нет таких денег, чтобы поддержать продавцов. Речь о сотнях миллиардов». Официального заявления о банкротстве нет. Но финансовая конструкция RWB держится на кредитах, привязанных к ключевой ставке, и доверии банков. При текущей долговой нагрузке и падении оборота компания находится в зоне высокой турбулентности. Вопрос не в том, случится ли кризис, а в том, кто и как будет его расхлёбывать. Триллионные потребности на фоне дефицита бюджета делают сценарий государственного спасения маловероятным без серьёзных потерь для всех участников.