О ЛАТЕНТНОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В ВОЙСКАХ
О ЛАТЕНТНОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В ВОЙСКАХ Часть первая: отказники В предыдущей публикации был задан актуальный вопрос о латентности воинской преступности. Ещё раз благодарю уважаемого подписчика за его постановку. Латентность преступлений как социально-правовое явление представляет собой совокупность преступлений в их общем массиве, а также в какой-то определённой их категории, по различным причинам не выявленных правоохранительными органами и не поставленных на официальный учёт. Сюда попадают все преступления, как умышленно укрытые различными должностными лицами, так и не попавшие в официальную уголовно-правовую статистику по иным причинам (потерпевший не захотел писать заявление и "давать ход" материалу, непринятие "дежуркой" устного или письменного сообщения о преступлении, разгильдяйство работников полиции и других "органов" в ходе сверок и в текущей служебной деятельности и пр.). Об этом у вашего покорного слуги имеется отдельная публикация в соавторстве с прокурором города Иркутска Д.И. Прушинским в журнале "Законность" (N 5 за 2019 год), текст прикреплю ниже. Какова реальная доля латентной преступности, не скажет никто, на то она и латентная, т.е. скрытая/укрытая. Некоторые исследователи отмечают соотношение зарегистрированных к реальному количеству от 1:3 до 1:7, кто-то считает в процентах (в одной работе увидел динамику 87-81% с 2019 по 2023 годы). На чем они основывают свои выводы, до конца непонятно, но все сходятся во мнении, что доля велика. Что касается сферы воинских правоотношений, то какой-то конкретики также однозначно не будет, но смею предположить, что латентность здесь также высокая, учитывая официально зафиксированный рост воинской преступности в геометрической прогрессии. Постараюсь по этому вопросу провести отдельное криминологическое исследование. Если говорить о конкретных составах, смею предположить, что высокий процент фактического укрытия может иметь место в отношении отказов от исполнения приказа (332 УК). Почему? Во-первых, официальное отражение роста "332-х" может свидетельствовать о ненадлежащей военно-политической работе командования ВС РФ по укреплению боевого духа, поддержанию общей боеспособности войск и профилактике правонарушений среди личного состава. По этой причине преступление приобретает характер политического. Поэтому и можно понять мотивацию к искуственному сдерживанию роста этих преступлений во избежание излишней критики со стороны руководства страны и сохранения лица армии как "великой и непобедимой". Во-вторых, в целях пресечения тактики действий военнослужащих, решивших уклониться от исполнения обязанностей по службе. Поясняю: если боец не хочет воевать и не намерен/не может урегулировать вопрос законным путём, то здесь 2 сценария. Он либо в какой-то момент уходит в СОЧ/дезертирует, либо отказывается от исполнения конкретного БР. СОЧ/дезертирство в условиях боевых действий свыше 10 суток - это всегда тяжкое либо особо тяжкое преступление с лишением свободы до 20 лет. Смотрим санкцию по ч.2.1 ст. 332 УК (отказ от исполнения приказа в военное время), по которой на практике обычно квалифицируют подобные действия: от 2 до 3 лет колонии. Разница в санкциях очевидна и не требует комментариев. Так вот, логика нерадивого бойца с недавнего времени, а именно, где-то с конца 2024-го - начала 2025-го такова: зачем бежать, если всё равно поймают и посадят всерьёз и надолго? Лучше отказаться, в худшем случае, если нет ранее не отбытого срока за другое преступление, будешь отбывать наказание "на поселке" (колония-поселение). Ещё один условный плюс попадания в поле зрения следствия - это относительная безопасность, особенно если уголовное дело возбуждено. Поскольку по делам, имеющим судебную перспективу, следствие требует обеспечить, чтобы подозреваемый был жив-здоров на период следствия, чтобы не пришлось потом прекращать дело. Поэтому стоп практике оформления "332-х" отчасти делает бессмысленным отказ военнослужащих от исполнения приказа. #латентная_преступность