Жизнь матери, чьи дети постоянно хватают инфекции, напоминает бесконечный круговорот по...
Жизнь матери, чьи дети постоянно хватают инфекции, напоминает бесконечный круговорот походов к педиатру и дежурств у кровати с градусником. Выход на полноценную работу становится в таких условиях несбыточной мечтой. Кажется, что в детском коллективе моих отпрысков действует строгий график заболеваемости, утвержденный неведомым мне администратором. Как только один ребенок, поборов температуру и кашель, начинает проявлять признаки здоровой жизнедеятельности, второй уже смотрит на мир стеклянными глазами и жалуется на ломоту во всем теле. Мой планировщик превратился в медицинский календарь, где вместо бизнес- встреч отмечены дни приема антибиотиков и посещения процедурного кабинета. Идея о стабильном трудовом графике рассыпается подобно детскому конструктору под ногами постоянно бегающих, а затем внезапно затихающих малышей. Резюме, отправленное с надеждой, теряется в ящике потенциального работодателя, потому что на следующий день после предполагаемого собеседования моя дочь демонстрирует классические симптомы ветрянки. Я становлюсь экспертом не в маркетинговых стратегиях, а в дифференциальной диагностике детских сыпей и оттенках больного горла. Мои профессиональные навыки постепенно замещаются умением читать между строк назначения врача и находить в аптеке точно такой же препарат, но по акции. Этот цикл напоминает комедию положений, где главная героиня никогда не достигает заветной цели — пункта «приступить к работе». Вместо этого она проходит уровень «собрать анализы», затем уровень «сделать ингаляцию», и особенно сложный уровень «уговорить ребенка выпить горькое лекарство». Коллеги из прошлой жизни интересуются, не рассматриваю ли я варианты удаленного труда, но даже для этого нужны хотя бы два часа непрерывного внимания. А они исчезают, как детские носовые платки, когда начинается очередной приступ кашля у младшего, требующий немедленного утешения и чая с лимоном. Таким образом, моя карьерная траектория сейчас определяется не амбициями или рынком, а температурной кривой на электронном градуснике и капризами иммунной системы моих наследников. Я стала капитаном судна, которое постоянно штормит, и моя задача — не привести его к новым горизонтам, а просто не дать ему утонуть в море микробов и детских слез. Возможно, когда-нибудь эта эпидемиологическая карусель остановится, и я смогу снова стать специалистом в чем-то, не связанном с фармакологией и санитарными нормами. Но пока моя основная должность — главный по борьбе с вирусами в пределах нашей квартиры, и контракт на эту должность, похоже, бессрочный.