Константин МАКОВСКИЙ (1839–1915)
Константин МАКОВСКИЙ (1839–1915) «Под венец», 1889 🇺🇲 Музей изобразительных искусств Сан-Франциско (США, Сан-Франциско) Техника: Холст, масло Размеры: 279.4 × 373.4 см Источник поступления: дар М. Х. де Янга в 1926 г. ⚓ Провенанс 1893: приобретена калифорнийским издателем и коллекционером Майклом Генри де Янгом на Всемирной выставке в Чикаго. 1926: передана в дар музею изобразительных искусств Сан-Франциско. Описание Боярская свадьба XVII века – это такое событие, воспроизвести которое мог в то время именно и только такой человек, как Константин Маковский. Он увлекался русской историей, хорошо понимал обрядовую практику, коллекционировал предметы быта и одежду XVII века. Поэтому всё, что мы видим, начиная с интерьера верхних девичьих палат, и заканчивая нарядом невесты, – не только красиво, но и достоверно. В палатах этого терема, несмотря на то, что на улице светло, окно зашторено дорогой завесой (тканевые завесы в XVII веке крепили на проволоку, а чтобы задернуть, использовали кольца, как и в наше время), а в многоярусном канделябре горят свечи. Пол застлан персидским (или ширванским) ковром*. (*Обычай застилать пол коврами пошел от Ивана Грозного, в коллекции которого было 67 ковров, многими из которых он велел застилать пол во время дипломатических приемов и на праздники; у самого царя в Палатах Теремного дворца пол был застлан двумя слоями персидских ковров. Бояре XVII века застилали пол коврами в честь больших событий.) Пока боярышне-невесте расчесывают волосы, чтобы заплести косу, она сидит в шелковой белой рубашке с длинными рукавами, украшенными «золотной» вышивкой по запястью и подолу. Верхнее (основное) «платье» для венчания находится справа на тяжелом деревянном стуле-сейфе. Это так называемая ферязь из дорогой двуцветной парчи со стилизованными цветами и животными, которую в то время импортировали из Италии. У ферязи сзади очень широкие и длинные, до пола откидные рукава с голубой шёлковой подкладкой. Поверх ферязи невеста наденет еще и охабень – распашную верхнюю одежду с длинными рукавами. Тут же, у подножия стула, рядом с ларцом с подарками, лежат голубые туфельки на восьмисантиметровом наборном кожаном каблуке, которые вышиты жемчугом и пайетками и украшены репьями (металлическими цветками на высоте язычка). Девичий венец в виде многолопастной короны лежит на столике перед невестой. Основа венца делалась из жёсткого материала (бересты, проклеенного холста или картона), обтянутого декорированной тканью. Чтобы венец держался, к его концам пришивали завязки. Здесь это широкие ленты. Важно то, что когда венец наденут на голову невесты, ее затылок и коса останутся открытыми. Боярская свадьба – это не про любовь. Это всегда сделка между отцом невесты и семьей жениха. За обилием нарядно одетых женщин из ближнего круга (их 13, не считая самой невесты и ее младшей сестры; не учитывая также младшего братишку и дружку, которого выгоняют из палат), в число которых входят мать, сваха, няня, повитуха и родственники, делается почти второстепенным горе несчастной юной невесты. Служанки суетятся, родня чинно сидит и ждет. Некоторые поют. До чувств и драмы самой невесты никому нет дела, кроме ее младшей сестры. Только сестра, которая наверняка всегда была невесте сердечным другом, смотрит на нее озабоченно и даже обеспокоенно, возможно, примеряя на себя предстоящий ужас замужества. «Этот русский художник обладает поразительным чувством цвета. Его масштабные исторические полотна — это настоящее пиршество для глаз, ослепляющее парижскую публику богатством фактуры и экзотикой варварской роскоши». (Альбер Вольф, французский арт-критик, газета Le Figaro) → О картине К. Маковского «Боярский свадебный пир» 🗺️ Далёкое–близкое