"Писательский обоз" или эвакуация писателей в Татарскую АССР в 1941 году. — 13 февраля 2026 г. в 06:58:19.641
"Писательский обоз" или эвакуация писателей в Татарскую АССР в 1941 году. Из архивов и семейных преданий Елкиных. Как я уже писал, моя бабушка Мария Федоровна Ёлкина работала в Москве бухгалтером в Литературном фонде СССР (Литфонд) - общественной организации писателей для взаимопомощи и поддержки литераторов, созданной при Союзе писателей СССР в 1934 году. Устроилась Мария Федоровна в эту организацию в 1935 году в должности помощника главного бухгалтера. Бабушке было 30 лет. Через два года Мария вышла замуж. В 1938 году родился мой отец, которого назвали в честь бабушкиного отца Федора Никаноровича Нелюбина. А в 1941 году бабушка вместе с сыном Федей отправились на Волгу и Каму в Татарскую АССР в эвакуацию вместе с писателями и сотрудниками Литфонда по маршруту Москва - Казань - Чистополь на Каме - Елабуга. Это факты из архивов и Личного дела бабушки. Из рассказов бабушки мы знаем, что вместе с ними в эвакуацию ехала и Марина Цветаева с сыном Георгием Эфроном (16 лет). Почему-то бабушка вспоминала именно Цветаеву, хотя наверняка знала немало писательских знаменитостей. Из Москвы "писательский обоз" отправили на теплоходе с Северного речного вокзала. Сводила ли судьба бабушку и поэтессу лично мы не знаем. Но всё возможно. Из Чистополя бабушка, через некоторое время, уехала к мужу на Урал, в Миасс, где Михаил Михайлович Елкин участвовал в создании Уральского автомобильного завода им. Сталина, на базе эвакуированного из Москвы автомобильного ЗиСа и затем, после войны вернулась в Москву. А вот судьба Цветаевой прервалась на Каме. Трагически. 🔷️🔷️🔷️ После революции, Цветаева с дочерью Ариадной эмигрировали в Европу, где в 1925 году у неё родился сын. В 1939 году Цветаева вернулась в СССР вслед за мужем и дочерью и жила на даче НКВД в Болшеве. Возвращение стало трагедией для всей семьи. В эмиграции, Сергей Эфрон, муж Цветаевой был завербован НКВД и участвовал в заговоре против Льва Седова, сына Троцкого. Дочь Ариадна наивно грезила социализмом и рвалась в СССР. Цветаева не хотела возвращаться в сталинскую Россию. Но случилось то, что случилось. По итогу, Сергей Эфрон в 1941 года был расстрелян на Лубянке, Ариадна арестована и после пятнадцати лет заключения и ссылки реабилитирована в 1955 году (умерла в 1975 году в Тарусе), Марина Цветаева 31 августа 1941 года покончила жизнь самоубийством (повесилась) в доме Бродельщиковых в Елабуге, куда вернулась после поездки в Чистополь. Цветаева пыталась перебраться в Чистополь из Елабуги. Хотела устроиться там на работу сама и устроить сына в интернат (детдом) при Литфонде, где в эвакуации главным бухгалтером и работала моя бабушка. Сын Цветаевой - Мур (Георгий Эфрон) в августе 1940-го, за год до того, как Марина Ивановна наложила на себя руки, писал: «Мать живёт в атмосфере самоубийства и всё время говорит об этом самоубийстве… Мать, по-моему, сошла с ума. Я больше так не могу. Я живу действительно в атмосфере «все кончено»… Мать по-глупому боится всего; боится, что меня куда-нибудь «мобилизуют», боится бомбежки, боится газов, всего боится…». 4 августа 1941 года Мур записывает в дневнике: «…мать решила не ехать в Татарскую АССР», а 5-го: «Опять мать говорит, что лучше уезжать в Татарию и на черт знает что, чем оставаться в Москве под бомбами. Вчера опять бомбили Москву — теперь бомбят каждую ночь. <…> У неё — панические настроения: «лучше умереть с голоду, чем под развалинами». Она говорит, что будем работать в колхозе». 8 августа 1941 года проводить Марину Цветаеву на Речной вокзал Москвы пришёл Борис Пастернак. «Как затравленная птица в клетке, Марина поворачивала голову то в одну, то в другую сторону, и глаза её страдали», — вспоминает Виктор Боков, которого Пастернак «прихватил» с собой. Рядом стояли её вещи, на которых не было никакой пометки, кому они принадлежат. Боков попросил у мороженщицы кусок льда и стал им натирать чемоданы и огрызком карандаша писать: «Елабуга — Цветаева», «Цветаева — Елабуга».