— Пустоцвет. Восемь лет мужику жизнь испортила.
— Пустоцвет. Восемь лет мужику жизнь испортила. Свекровь положила Маринину ночную рубашку поверх открытой сумки. Муж стоял рядом и не возражал. — Ты слышишь, что она говорит? — спросила Марина. — Мама резковато, но по сути права. Я хочу нормальную семью. На столе остывал ужин. Марина приготовила его после очередной поездки на обследование. Врач снова просил прийти вместе с мужем. Олег опять отказался. — Я у себя всё проверил. Сколько можно по кругу? Теперь он предлагал ей уехать к сестре. — Поживём отдельно. Может, поймёшь наконец, что нельзя только о себе думать. Восемь лет Марина думала о ребёнке. О них двоих с коляской. О том, как скажет мужу долгожданную новость. Она ездила по врачам, откладывала отпуск, винила себя даже за обычную усталость. Олег говорил, что её слишком много и одновременно недостаточно. — Может, хватит искать, что со мной не так? Свекровь усмехнулась: — А с кем? С моим сыном? Марина посмотрела на мужа. — Ты ведь обещал приехать со мной хотя бы один раз. — Всё. Разговор окончен. Он бросил на кровать папку с документами. — Твои справки забери. Чтобы потом не приезжать по каждой бумажке. Папка оказалась не та. Марина поняла это, когда увидела на корешке название клиники, в которой никогда не была. — Это твоё. Олег резко повернулся. — Положи. Она уже открыла обложку. Внутри лежали договор, выписка и согласие на вмешательство. Везде — его фамилия. Его подпись. Дата за год до их свадьбы. Свекровь шагнула к кровати. — Не ройся в чужом! Марина перевернула страницу. Олег побледнел. — Дай сюда. Ты не поймёшь. Она посмотрела на название операции. И тут случилось такое… 😱