Анатомия препарата: давайте поговорим о самόм стрептомицине. — 22 июля 2026 г. в 04:00:08.184

Анатомия препарата: давайте поговорим о самόм стрептомицине. Если называть вещество по номенклатуре ИЮПАК (будучи юным химиком, автор любил подобные изыски), то получится весьма длинное слово, для произнесения которого еле-еле хватит половины урока химии: О-2-Дезокси-2-(метиламино)-альфа-L-глюкопиранозил(1→2)-О-5-дезокси-3-С-формил-альфа-L-ликсофуранозил(1→4)-N,N’-бис(аминоиминометил)-D-стрептамин. Как же работает этот химический гигант? Механизм действия стрептомицина стал классическим для антибактериальной терапии. Попадая в микробную клетку, он прочно связывается с 30S-субъединицей рибосомы микобактерии. Это полностью блокирует синтез жизненно важных белков, за счет чего бактерия стремительно гибнет. Кстати, поиск и дизайн новых молекул, способных аналогичным образом взаимодействовать с рибосомами бактерий на основе рентгеноструктурного анализа самих рибосом, — одно из самых востребованных направлений современной биофизики и эпидемиологической фармакологии. Именно в этой области работает выдающийся ученый Ада Йонат — одна из четырех женщин-лауреатов Нобелевской премии по химии. Но о ней мы обязательно расскажем как-нибудь в другой раз. Закулисье Нобелевского комитета и великое эхо. Интересный факт: в длинном списке из 122 номинаций 1952 года на Нобелевскую премию по физиологии и медицине Ваксман встречается всего четыре раза. Были и более популярные имена — например, выдающийся немецкий бактериолог и гигиенист Пауль Уленгут, так и не получивший своей премии, хотя номинировавшийся на нее рекордные 40 раз. Впрочем, сам Ваксман суммарно выдвигался аж 45 раз, и чаще всего — в 1950 году (16 номинаций). Один раз в том же триумфальном 1952 году был-таки номинирован и Альберт Шац. Но премию дали Ваксману единолично. На вручении награды представитель Каролинского института Арвид Волгрен подчеркнул принципиальную разницу подходов, которая так важна для академической науки: В отличие от открытия пенициллина профессором Александром Флемингом, которое было в значительной степени обусловлено случаем, получение стрептомицина стало результатом длительного, систематического и неутомимого труда большой группы ученых». В тот вечер Зельмана Ваксмана справедливо назвали «одним из величайших благодетелей человечества». И кстати, другие слова, сказанные тогда на вручении, оказались по-настоящему пророческими: пионерский опыт поиска антибиотиков (а читай шире — препаратов против всяческих вредителей человеческого организма) в почве действительно стал важнейшим инструментом современной фармакологии. Спустя 63 года — в 2015 году — половину Нобелевской премии по физиологии и медицине получили Уильям Кэмпбелл из США и Сатоси Омура из Японии. Они создали революционный препарат против гельминтов — ивермектин. Его основой послужило вещество, выделяемое родственным «родителю» стрептомицина организмом Streptomyces avermitilis. Которое обнаружили где? Правильно, в почве. Одного из японских полей для гольфа. Прекрасное и очень громкое эхо Нобелевской премии Зельмана Ваксмана, зазвучавшее в XXI веке. #микробиология #эпидемиология #историямедицины #антибиотики #наука #великиеимена #ваксман #нобелевскаяпремия #фармакология