Третий день Часть 1
Третий день Часть 1 Я дал себе немного времени и всё обдумал, прежде чем написать этот третий рассказ. Этот день был особенно насыщен размышлениями и наблюдениями. Третий день мы начали с похода в супермаркет. По дороге нас оскорбил бездомный темнокожий мужчина — с голым торсом и на скейтборде. Было очень жарко (обещали 32 °C), и в центре города оказалось на удивление много бездомных. Некоторые разговаривают сами с собой или кричат, но большинство сидят или лежат и молча смотрят на прохожих. Они совершенно неподвижны, вероятно, от отчаяния. К моему сожалению, я заметил, что большинство из них были темнокожими. Эта деталь ещё сыграет важную роль в моём рассказе. Мы спустились к парку, перед которым проходила фермерская ярмарка. Затем мы прошли вдоль парка, расположенного у реки Саут-Платт, а потом пошли вверх по течению ручья Черри-Крик по очень красивой дорожке, проложенной ещё в промышленную эпоху и идущей вдоль воды. После обеда мы решили поехать на автобусе в Боулдер. Боулдер был основан в 1859 году, в начале золотой лихорадки, и сначала служил пунктом снабжения для старателей. Город находится примерно в тридцати милях (около 47 км) к северо-западу от Денвера. Он вырос у подножия гор и со временем стал университетским центром, популярным местом среди любителей активного отдыха и городом, где приятно просто гулять. Всё здесь как в кино: чувствуешь, как палящее солнце обжигает кожу, а горный воздух кажется разреженным. Оказывается, Боулдер также считается самым гей-дружественным городом Колорадо: флаги LGBTQ+ можно увидеть на улицах, у магазинов, на зданиях и на пешеходных переходах. Мы направились в мексиканский ресторан, где я уже третий день подряд наслаждался этой замечательной кухней. Затем мы взяли кофе. Я наблюдал за бариста, открыто заявлявшими о своей принадлежности к сообществу LGBTQ+, за посетителями… За натянутыми реакциями, притворно удивлёнными или радостными интонациями, за незнакомцами, которые повсюду вокруг меня обменивались комплиментами. Я стоял неподвижно и наблюдал за тем, что меня окружало. Всеобщая лицемерность буквально душила меня и казалась нереальной. Потом мы пошли к университетскому кампусу. Мы стали замечать девушек в мини-юбках и бюстгальтерах, которые гуляли группами от четырёх до десяти человек. Это были те самые sorority girls — участницы студенческих женских объединений с названиями из греческих букв, которые все видели в голливудских фильмах. Их манера держаться показалась мне довольно вульгарной — не говоря уже об одежде. Мы также встретили молодых парней с голым торсом, все они выглядели примерно одинаково. Те самые frat boys. Учитывая мой опыт учёбы в европейских университетах, я был немного шокирован тем, что сегодня, похоже, считается интеллектуальной элитой этой страны. Тут стоят деревянные дома с фасадами, украшенными тремя греческими буквами, а на террасах валяются знаменитые красные пластиковые стаканчики с американских вечеринок из кино. Мы даже увидели пикап, полный молодых «интеллектуалов»: они купались в кузове на ходу и пили алкоголь. Я думал, что фильмы преувеличивают размах разгульной жизни, но нет. У всех описанных мной студентов есть общая черта: они белые, похоже, происходят из обеспеченных семей и, кажется, больше заинтересованы в том, чтобы принадлежать к клубу сверхбогатых, воспроизводящему классовую систему, чем в интеллектуальной жизни. Да, вы ещё увидите, что этот день сделал меня почти марксистом. Мы продолжили идти и увидели двух девушек с плакатом — они были одеты, что важно уточнить. Они предлагали бросить мяч в мишень, чтобы сбить кого-нибудь в воду, если сделать пожертвование ассоциации по борьбе с раком. Это уже казалось более важным делом. Мы согласились, и всё оказалось довольно весело. Мы пошли дальше, и меня поразила чистота кампуса, ухоженные газоны и деревья, а также здания XIX века…