Двенадцатый день - часть 2
Двенадцатый день - часть 2 Я направляюсь в Laramie и снимаю номер в мотеле. Здесь очень комфортно, но прежде чем выдать ключ, у меня просят удостоверение личности и кредитную карту. Мой номер на втором этаже, рядом с автострадой, на въезде в город. Ощущение, будто я в кино. Решаю пойти куда-нибудь выпить. Открываю Google Maps и выбираю бар под названием «Bibliotheka». Прихожу, сажусь за стойку. Прежде чем принять заказ, барменша просит показать удостоверение личности. С этим здесь действительно строго. Обязательно должен исполниться 21 год. Ладно, я выгляжу молодо, но всё-таки мне уже больше двадцати одного. Мне объясняют, что в некоторых штатах документы проверяют у всех, кто выглядит моложе пятидесяти. В Colorado именно так, а вот насчёт Wyoming я не уверен. Кстати, если в Wyoming вокруг никого нет, это нормально. Это самый малонаселённый штат США: людей здесь меньше, чем на Alaska. А теперь представьте плотность населения: территория размером с Великобританию, даже немного больше, и всего около полумиллиона жителей. Как если бы во всей Великобритании жило столько людей, сколько в одном районе Санкт-Петербурга. Затем я меняю бар: атмосфера мне не понравилась. Иду в другой, под названием Born in a Barn. Здесь гораздо приятнее. Сажусь за стойку. Снова проверка документов. Заказываю пиво и разговариваю с барменшей. Беру блюдо под названием Atomic Tots. Оно действительно очень острое, как меня и предупреждали. Со времени моего приключения с острой едой в Texas я ещё не ел ничего настолько жгучего. Во рту всё горит. Чередую пиво со стаканами воды, пытаясь унять этот пожар. Мои соседи по стойке справа проявляют ко мне интерес. Мужчина лет сорока и парень примерно двадцати пяти. Tom из Michigan и Cruise из New Mexico — имена я изменил по причинам, которые вы скоро поймёте. Мы знакомимся. Они говорят, что тоже не любят города, но никак не ожидали встретить француза, сидящего в одиночестве в баре в глубинке Wyoming. Разговор идёт легко и быстро переходит на политику — вы же меня знаете. Они работают в ветроэнергетике и очень хорошо зарабатывают. Один получает около 10 000 евро в месяц, другой — примерно 7 500, причём он только недавно начал работать. Разрыв в зарплатах с Европой меня всегда удивляет. Мы говорим о политике, о США. Они не считают себя ни демократами, ни республиканцами. Младший утверждает, что Россия и Китай — друзья и что, по его мнению, израильское лобби делает всё, чтобы американцы видели в них врагов, хотя с этими странами у американцев якобы гораздо больше общего. Он также говорит, что Америка, по его выражению, «продала израильтянам значительную часть своего суверенитета», и в подтверждение приводит примеры, в которые трудно поверить, но которые в какой-то степени соответствуют действительности. Это был по-настоящему дружеский разговор, словно мы давно знакомы. Как и многие американцы, они во многом разделяют традиционные взгляды русских или французов из сельской местности. Всех интересных людей, которых я встречаю, объединяет одно: они совершенно не любят нынешний истеблишмент. У меня начинает складываться впечатление, что меньшинство американцев, живущих в крупных городах, навязывает свою политическую повестку всему остальному миру, хотя у нас так много общего. Мы остаёмся до закрытия, до девяти вечера. Барменша разрешает нам продолжить разговаривать и пить до 21:40, пока сама убирается. Потом я возвращаюсь в мотель. И наконец отлично высыпаюсь — после всего этого я вполне заслужил хорошую ночь отдыха.