— Через год твоя мать принесла её ко мне. Мы сшили тебе платье. Ты уже училась в инстит...
— Через год твоя мать принесла её ко мне. Мы сшили тебе платье. Ты уже училась в институте, приезжала на каникулы. Не помнишь разве голубое, с простым воротничком? Помнила. Носила его всё первое студенческое лето. Хвалилась подругам, что мама сама придумала фасон. А потом платье стало мало, и я отдала его двоюродной сестре. — Кусочек остался после раскроя, — сказала тётя Зина. — Я его зачем-то сохранила. Наверное, знала, что однажды пригодится. Потом я спросила, где теперь Валя. Оказалось, в соседнем городе, работала всю жизнь в библиотеке. Тётя Зина дала мне телефон. Я позвонила вечером. Валя не сразу узнала меня. Про мамину помощь заговорила сама: — Я только после училища узнала, что никакого пособия от завода не было. Пришла благодарить Анну Петровну, а она отмахнулась: «Будешь работать — другому поможешь». Я потом так и делала, Лен. После разговора достала нашу выпускную фотографию. Там я стою во втором ряду, в белой блузке, губы поджаты. Рядом пустое место — Валя до снимка не дошла. Я положила рядом голубой лоскуток и долго смотрела на них. На следующий день внучка спросила, почему я плакала над старой фотографией. Я рассказала всё, как было, включая свои обидные слова маме. — Бабушка, так ты же тогда не знала, — сказала она. — Не знала, — ответила я. — Но могла хотя бы спросить потом. А я предпочла всю жизнь помнить только свою обиду. Голубой лоскуток теперь лежит в моей шкатулке. Как память о маме, которая умела держать слово, даже когда собственная дочь считала её жадной. Взято из Интернета. Картинка создана с помощью ИИ Газета Авангард
Канал в каталоге Максиметера
2 837 подписчиков · Новости