«Я воспитал их такими»: директор школы пошёл на расстрел вместе со своим классом. Подви... — 22 июля 2026 г. в 14:06:15.435
«Я воспитал их такими»: директор школы пошёл на расстрел вместе со своим классом. Подвиг Владимира Моргуненко 28 февраля 1943 года в селе Крымка немецкий офицер подал команду «Огонь». Перед рвом стояли подростки, многие из них были ранены и едва держались на ногах. Рядом с ними, в той же шеренге, стоял их директор школы. Он не просил пощады, не пытался объяснить оккупантам, что он всего лишь учитель, а не солдат. Он молчал. И это молчание было громче любого крика. Владимир Моргуненко до войны был человеком сугубо мирным: выпускник педагогического института, директор школы, интеллигент в очках. Когда немцы заняли село, он сделал неожиданный ход — сам явился в комендатуру и попросил разрешения открыть школу. Оккупанты посмеивались: «Учитель хочет учить — пусть учит». Они не знали, что этот тихий педагог уже получил задание от райкома партии остаться в подполье. Школа стала прикрытием. На уроках Моргуненко говорил о патриотизме, о долге, о том, что врага можно бить даже без винтовки. Вместе с десятиклассником Парфентием Гречаным он создал подпольную организацию «Партизанская искра». Ученики писали листовки, портили немецкую технику, пускали под откос составы. Директор лично выходил на диверсии. Представьте: ночь, железнодорожное полотно, и человек с указкой в одной руке и взрывчаткой в другой объясняет подросткам, куда закладывать заряд. Это не метафора — так было. В феврале 1943 года гестапо вышло на след. Начались аресты. Моргуненко схватили одним из первых. На допросах его пытали, но он не назвал ни одной фамилии. На одном из протоколов, когда следователь потребовал признательных показаний, директор взял ручку и написал: «Я таким духом воспитан и буду воспитывать так детей до конца своей жизни». Эти слова стали его единственным «признанием». Малоизвестный факт: на момент расстрела Моргуненко мог спастись. Немцы предлагали ему сотрудничество — не из жалости, а из расчёта: учитель мог бы стать агитатором в их пользу. Он отказался. Другой факт: после казни местным жителям запретили хоронить тела. Но через несколько дней крестьяне тайно перезахоронили их на окраине села, рискуя собственной жизнью. Вопрос, который остаётся после этой истории: что заставляет человека, который мог бы выжить, добровольно встать в один ряд с детьми под пулями? И готовы ли мы сегодня, в мирное время, хотя бы на сотую долю той внутренней твёрдости, которую проявил сельский учитель перед лицом смерти? Подписывайтесь чтобы не потерять Герои СССР