Когда это случилось первый раз, Соня порывалась уйти. Но идти было некуда, а Игорь так ... — 4 июля 2026 г. в 09:36:22.147
Когда это случилось первый раз, Соня порывалась уйти. Но идти было некуда, а Игорь так искренне извинялся. Говорил, что ему сложно. Он зарабатывает деньги, а это всегда связано с нервотрепкой. Обещал, что дома будет сдержаннее и такого больше не повторится. Однако повторилось и повторялось систематически. Со временем Игорь перестал извиняться перед женой, и вообще стал относиться к ней как к своей собственности, с которой можно делать всё что угодно. Правда, задабривал её дорогими подарками. Купил машину, дарил ювелирные украшения, у Сони была возможность хорошо одеваться. Но зачем ей эта машина и эти тряпки, если под платьем у неё всё тело в ссадинах и гематомах? Если в ее анамнезе два сломанных ребра, ушибы внутренних органов и сотрясение головного мозга. Разве не видел медперсонал больницы, когда она обратилась за помощью, что женщина не упала с лестницы, а ее избили? Все видели и все понимали, но деньги, которые щедро отстегивал Игорь, закрывали им глаза. Они закрывали глаза многим, и постепенно Соня пришла к мысли, что она абсолютно бесправное существо и рано или поздно Игорь ее убьет, но даже тогда ему ничего за это не будет. Она же пробовала обращаться в полицию, но ее заявление куда-то затерялось после визита туда Игоря. Хотела она и развестись, и даже подала заявление. Сделав это, думала быстренько забрать сына и уйти из дома мужа. Не получилось... Игорь куда-то уехал, а вернулся не один. С ним приехали две дородные женщины в строгих костюмах и представились сотрудницами органов опеки. По их сведениям, Соня являлась нерадивой матерью, пьющей и гулящей, часто бросающей ребенка одного. Соня не могла поверить в то, что ей говорят! У женщин были какие-то документы, показания свидетелей, много всего. Пока они зачитывали это, Игорь сидел на диване, закинув ногу на ногу и ухмылялся. Потом сказал, обращаясь к женщинам из опеки: -Ладно, все, хватит. Когда вы мне будете нужны, я вас вызову. Дадим нашей нерадивой мамаше время подумать. Может быть, она захочет исправиться? Игорь проводил посетительниц, вернулся на диван и снова вальяжно уселся. -Слышала? Нерадивая, пьющая мать! - презрительно обратился он к Соне. - Вот чем тебе обернется наш развод. Ты, конечно, можешь идти на все четыре стороны, но не понимаю одного, как тебе могла прийти в голову мысль, что я позволю тебе забрать моего сына? Он всегда будет со мной, запомни это. Всегда! А если тебе вздумается выкрасть его и сбежать, я тут же лишу тебя родительских прав и объявлю в розыск. Я найду тебя, поверь, но потом ты ни на шаг не подойдешь к ребенку. Для Сони слова мужа были крахом, крахом всего, всей ее жизни. Если до этого в ней еще и жила надежда, что можно что-то поменять, уйти и начать с сыном жить заново, то теперь она понимала, что это конец. Ей придется делать все, что говорит Игорь, терпеть все издевательства с его стороны, потому что ребенка с ним она никогда не оставит. Нет, Игорь никогда и пальцем не тронул сына. К мальчику он относился по-другому. Но все равно ребенок его боялся, видя, как папа обращается с мамой. И как бы ни старалась Соня прятать синяки за длинными рукавами и водолазками, шестилетний сынишка уже все видел, все замечал. Иногда, прижимаясь к маме, он начинал горько плакать. Игоря это только бесило и свою злость он вымещал на бесправной жене. Сегодняшний день не стал исключением. Что-то у Игоря не задалось там с поставщиками и, вернувшись домой, он оторвался на Соне. Когда он ударил ее в грудь, женщина почувствовала знакомую боль. Кажется, он опять сломал ей ребро. Почти на карачках она выползла из дома и пошла бродить по улицам. Зашла в первый попавшийся бар. Там увидела компанию мужчин, один из которых привлек ее внимание. Он был высок и хорош собой, но не на это обратила внимание Соня. Когда мужчина поднял руку, подзывая официанта, его пиджак на секунду распахнулся и Соня увидела у мужчины подмышкой кобуру с торчащей черной рукояткой пистолета.