— Я понимаю. Правда. — 11 сентября 2026 г. в 09:41:12.438
— Я понимаю. Правда. Но Ирина видела — он устал от этого разговора так же, как она устала от визитов его матери. Он не предал её, не встал на сторону Галины Петровны. Но и не защитил так, как ей хотелось. Просто попытался сгладить, как делал всегда. Она высвободила руку и ушла в спальню. Неделя пролетела в обычной суете — работа, дом, вечерние ужины вдвоём. О визите свекрови не вспоминали, но Ирина чувствовала: что-то изменилось. Сергей стал чаще обнимать её просто так, без повода. Приносил чай вечером, спрашивал, как прошёл день. Будто извинялся за то, что не мог сказать словами. В субботу ехали к Галине Петровне на день рождения. Шестьдесят шесть лет, круглая дата по-своему. Ирина держала на коленях коробку с подарком — набор постельного белья, хороший, дорогой. Выбирала сама, два часа в магазине. — Много народу будет? — спросила она, глядя в окно. — Человек десять. Соседки, пара тёток, подруга её старая. — Понятно. Сергей покосился на неё. — Ты как? — Нормально. — Ир. — Что — Ир? — она повернулась к нему. — Я в порядке. Просто не жду ничего хорошего от этого застолья. Он промолчал. Сказать было нечего. Квартира Галины Петровны пахла едой и духами. Гости уже сидели за столом — тётя Раиса, младшая сестра свекрови, двоюродная сестра Сергея Оксана с мужем Дмитрием, пара соседок, подруга детства Галины Петровны. Ирина поздоровалась, вручила подарок, села рядом с Сергеем в угол стола. Первый час прошёл терпимо. Тосты за здоровье, за счастье, за хозяйку дома. Галина Петровна принимала поздравления с достоинством, подкладывала гостям салаты, следила, чтобы бокалы не пустели. После третьей рюмки тётя Раиса — грузная женщина с громким голосом — наклонилась к сестре: — А внуки-то когда, Галя? Серёжа у тебя уже взрослый мужик, пора бы. Ирина почувствовала, как сжимается желудок. Галина Петровна вздохнула — театрально, напоказ. — Да я уж и не знаю, Раечка. Молодые сейчас всё для себя живут. Карьера, отдых, развлечения... А мне шестьдесят шесть уже, хочется внуков понянчить, пока силы есть. Она сказала это легко, с улыбкой. Но взгляд скользнул по Ирине — быстрый, колючий. За столом повисла неловкая пауза. Кто-то закашлялся. Тётка в зелёной кофте посмотрела на Ирину с сочувствием — или с любопытством, не разберёшь. — Мам, давай не будем об этом, — сказал Сергей ровным голосом. — А что такого? Я просто мечтаю вслух. Разве нельзя? — Можно. Но не сейчас. Галина Петровна пожала плечами и переключилась на салат. Разговор потёк дальше — про дачи, про цены, про чью-то операцию. Но Ирина уже не слышала. В ушах стучала кровь, щёки горели. Она сидела с прямой спиной и смотрела в тарелку, чувствуя на себе взгляды. Через час она вышла в ванную — привести себя в порядок. Постояла у зеркала, сжимая край раковины. Лицо в отражении было бледным, под глазами тени. Умылась холодной водой, промокнула щёки полотенцем.