Новосёл решил, что соседи выживают его дешёвой мистикой. Запись с камеры показала: в по...
Новосёл решил, что соседи выживают его дешёвой мистикой. Запись с камеры показала: в подъезд никто не входил, зато кто-то каждый раз выходил из его квартиры Первый звонок раздался в 2:14. Артём спал на матрасе среди коробок и не сразу понял, что за звук режет темноту. Домофонная трубка висела в коридоре, старая, цвета вываренной кости. — Это сорок шестая? Откройте, пожалуйста. Я ключи забыла. Площадка была пуста. Артём нажал кнопку и вернулся на матрас. Утром соседка Нина Павловна спросила, кого он впустил, и предупредила: — Больше не открывайте. Квартиру Артём купил у Максима, племянника прежней хозяйки Ольги Константиновны, умершей в марте после сорока лет здесь. Максим сделал ремонт, выбросил мебель и сбросил цену перед отъездом. Следующей ночью домофон зазвонил ровно в 2:14. — Откройте. Я замёрзла. Артём положил трубку. Через минуту ноготь медленно провёл по входной двери. Он распахнул её: площадка пустовала. На третий день Артём установил камеру. Нина рассказала о провалах памяти Ольги и её ночных возвращениях без ключей. — В два четырнадцать она умерла? — Нет, днём. В ту же ночь домофон снова зазвонил. Артём снял трубку и отсоединил провода. Голос продолжал звучать: — Артём, откройте. Он в квартире. До этого она не называла его имени. В спальне скрипнула половица. Артём обошёл комнаты, но никого не нашёл. Вернувшись, увидел приоткрытую дверь. На записи после его ухода наружу выходил человек в тёмной куртке, смотрел в камеру и прикладывал палец к губам. Куртка показалась знакомой: такая же висела за его спиной, но в шкафу её не оказалось. Полиция приехала через сорок минут. Исчезли ноутбук, ключи и документы. Среди бумаг нашли доверенность, по которой Ольга якобы продала квартиру Максиму. Человек вошёл ключом Дениса, двоюродного брата Максима из управляющей компании. Куртка оказалась его рабочей. Денис отрицал всё, но Максим признался: Ольга думала, что подписывает разрешение на ремонт. Он ответил за неё. Дениса задержали у вокзала. При нём нашли ключ и тетрадь Ольги с записями о долгах Максима. Возможно, Денис хотел сорвать продажу, а потом забрал документы. Или кто-то воспользовался его ключом. Экспертиза признала подпись Ольги подлинной, врач подтвердил её вменяемость. Максима выпустили, и он потребовал квартиру обратно. Накануне суда Артём получил посылку: документы и флешку с записью разговора у нотариуса. Максим объяснял Ольге, что подписывается разрешение на ремонт, а на вопросы отвечал за неё. В конце записи раздался голос Дениса: — Ольга Константиновна, не подписывайте. Послышались ругань и удар. Запись помогла отменить сделку. Артёму вернули деньги из арестованных счетов, а квартиру передали городу по завещанию Ольги — выпускнику детского дома. В ноябре Артём съехал. Перед передачей ключей он проверил пустые комнаты. В 2:14 новый домофон подал сигнал. На экране стоял худой мужчина в тёмной куртке, с разбитой бровью. — Денис? Зачем украли документы? — Чтобы Максим не заложил квартиру до суда. Собирался всё вернуть. — А ноутбук? — Какой ноутбук? За его спиной открылась дверь. Мужчина обернулся и вышел из кадра. Ноутбук нашли через неделю у риелтора. Она призналась, что вошла следом за Денисом. На записи был только один человек: второй поднялся этажом выше и спустился по чёрной лестнице. В квартире поселился девятнадцатилетний Кирилл. Артём посоветовал заменить старое. Кирилл снял кухонный плинтус и нашёл фотографию Ольги. На снимке она стояла у подъезда рядом с молодым мужчиной, похожим на Дениса. На обороте было написано: «Сыну Диме, 1991». В 2:14 Кирилл отправил Артёму фотографию и спросил, знает ли он этого человека. Артём набрал номер следователя, но прежде чем нажать вызов, заметил в окне нового дома тёмную фигуру у подъездной двери. Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!