— Келлер, ты приказ слышал? Здесь никого не должно остаться. — 31 августа 2026 г. в 14:08:33.880
— Келлер, ты приказ слышал? Здесь никого не должно остаться. Девятнадцатилетний Фридрих Келлер стоял посреди сгоревшей русской избы и смотрел на младенца. Девочка лежала возле мёртвой женщины, прижатая к холодной печной стенке. Край одеяла почернел от огня, на щеке размазалась сажа, крошечные пальцы посинели от холода. Она уже почти не кричала — только открывала рот и издавала тонкий, сорванный звук, будто и на плач сил больше не осталось. За дверью снова окликнули: — Фридрих! Живо! Он поднял винтовку. Ствол остановился в нескольких сантиметрах от серого одеяла. Девочка вдруг открыла глаза. Фридрих потом много лет не мог вспомнить их цвет. Помнил только взгляд. Совершенно спокойный. Непонимающий. Такой бывает у детей, которые ещё не знают, что существуют немцы и русские, приказы и фронты, победители и враги. Она пошевелила рукой, нашла край его шинели и зацепилась за грубую ткань двумя пальцами. Фридрих медленно опустил винтовку. — Ну зачем ты это сделала?.. — прошептал он. Снаружи послышались шаги. Он сорвал с плеч рюкзак, вытряхнул прямо на грязный пол бельё, кусок хлеба, бритву, запасные носки. Девочку завернул в нижнюю рубаху, осторожно уложил внутрь и оставил клапан немного открытым. Она тут же захныкала. — Тише… Бога ради, тише. В дверях появился Отто Шульц. — Ты что застрял? Фридрих загородил собой рюкзак. — Ничего. Отто бросил короткий взгляд на лежавшую возле печи женщину. — Я слышал плач. — Кошка. — Какая ещё кошка? Из рюкзака донёсся слабый писк. Отто повернул голову. Фридрих почувствовал, как холодеет спина. — Что у тебя там?