— Только не записывайте моё имя… Они найдут меня — 6 августа 2026 г. в 08:52:34.368
— Только не записывайте моё имя… Они найдут меня Девочка появилась в приёмном отделении в три часа семнадцать минут ночи. Дежурная медсестра потом запомнила время навсегда — электронные часы висели прямо над дверью и светились красными цифрами в полутёмном коридоре. Сначала послышался глухой удар. Будто кто-то всем телом навалился на стеклянную дверь. Потом она распахнулась, впустив внутрь холодный октябрьский ветер и мелкий колючий дождь. На пороге стояла девочка лет десяти. Без шапки. В промокшей куртке, слишком большой для её худеньких плеч. Волосы прилипли ко лбу, колени на светлых брюках были испачканы землёй. На руках она держала младенца. Малыш был завёрнут в серое шерстяное одеяло и почти не двигался. Только временами открывал рот, словно пытался заплакать, но не мог издать ни звука. — Помогите ему, — прошептала девочка. И тут же, пошатнувшись, добавила: — Только не записывайте моё имя. Они найдут меня. Медсестра Лариса вскочила со стула. — Кто найдёт? Девочка быстро оглянулась на стеклянные двери. За ними была только пустая парковка, освещённая жёлтыми фонарями. — Люди, которые украли моего братика. Лариса нажала кнопку вызова дежурного врача. Через несколько секунд из смотровой выбежал педиатр Андрей Сергеевич. Он осторожно забрал ребёнка, развернул край одеяла и сразу изменился в лице. — Кислород. Быстро! Температуру и сатурацию! Малыша унесли. Девочка шагнула следом, но ноги у неё подкосились. Лариса успела подхватить её. — Тихо, тихо. Садись. — Я должна быть рядом. — Врачи помогут ему. Как его зовут? Девочка закусила губу. — Ваня. — А тебя? Она снова посмотрела на дверь. — Нельзя говорить. Лариса присела перед ней. — Послушай, милая. Мы не сможем помочь, если ничего не будем знать. Где ваши родители? — Их нет. — Мама умерла? Девочка покачала головой. — Она пропала. — Когда? — Вчера. Лариса замерла. — А отец? — У Вани нет папы. — А твой? — У меня тоже. Ответы звучали странно. Слишком спокойно для ребёнка, который ночью пришёл в больницу с больным младенцем. Из смотровой донёсся короткий детский крик. Девочка вскочила. — Он живой? — Живой, — быстро ответила Лариса. — Врачи работают. Ребёнок снова закричал — уже громче. Девочка закрыла лицо руками и заплакала. Тихо, без всхлипываний. Слёзы просто стекали между пальцами. Лариса принесла ей тёплый чай. — Ты откуда пришла? — С улицы Лесной. — Это же почти через весь город. — Я сначала ехала на автобусе. Потом водитель сказал выходить. — Почему? Девочка опустила глаза. — У меня не было денег. — И сколько ты шла пешком? — Не знаю. Долго. Лариса посмотрела на её мокрые кроссовки. Из одного отклеивалась подошва. На левой ладони была свежая ссадина, на локте куртки — разрыв. — Ты падала? — Один раз. Ваню не уронила. — Кто дал тебе ребёнка? Девочка крепко сжала чашку. — Его мама. — Значит, Ваня не твой брат? Несколько секунд она молчала. — Не родной. Лариса медленно выпрямилась. В дверях уже стоял дежурный охранник. За его спиной появился заспанный администратор. — Полицию вызвали? — тихо спросил он. Девочка услышала. Чашка выпала из её рук и разбилась. — Нет! Не надо полицию! Она бросилась к выходу, но охранник перегородил дорогу. — Спокойно, девочка. — Отпустите! Я обещала! — Что обещала? Она отступила к стене. Глаза её стали огромными. — Если придёт полиция, они узнают, где Ваня. Они заберут его обратно. — Кто они? — повторила Лариса. Девочка открыла рот, но вдруг посмотрела в конец коридора и побледнела. Там стоял мужчина. Высокий, в тёмном пальто. Лицо скрывала тень от капюшона. Он не подходил, только смотрел в их сторону. Девочка закричала: