Война оставалась в 1800 году самой крупной отраслью, куда шли европейские деньги. Франц...
Война оставалась в 1800 году самой крупной отраслью, куда шли европейские деньги. Франция и Британия воевали друг с другом седьмой год подряд, и каждая сторона тратила на армию, флот и союзников больше, чем собирала налогов. По данным английского казначейства, государственный долг Британии составлял к 1798 году около четырёхсот шестидесяти двух миллионов фунтов стерлингов, а к 1802 году достиг примерно пятисот семидесяти одного миллиона. Значит, в 1800 году он был где-то между этими числами, то есть около пятисот миллионов фунтов, что превышало годовой доход страны в несколько раз. Обслуживание такого долга требовало не только старых пошлин и акцизов, но и нового налога. В 1799 году премьер-министр Уильям Питт ввёл подоходный налог, первый в мировой истории: он рассчитывал получать около десяти миллионов фунтов в год, но в первый раз собрал лишь около шести миллионов. Зато сама мысль оказалась настолько важной, что с тех пор ни одна большая война в Европе без неё уже не обходилась. В этом же году Британия формально соединилась с Ирландией: акт об унии получил королевскую подпись первого августа 1800 года и должен был вступить в силу с первого января 1801 года, что прибавляло к государству несколько миллионов новых налогоплательщиков. Франция, наоборот, воевала почти без денег. Придя к власти, Бонапарт застал казну пустой и приказал министру финансов Мартену Годену занять у пятнадцати или двадцати самых богатых парижских банкиров не меньше двенадцати миллионов франков. Деньги нашлись быстро, потому что банкиры поверили в нового правителя больше, чем в прежние. Значительная часть этих средств ушла армии, которая в июне 1800 года перешла Альпы и разбила австрийцев при Маренго, а в декабре того же года одержала победу при Гогенлиндене. Все военные поставки шли через частных подрядчиков, и главным из них был Габриэль Жюльен Уврар, торговец из Нанта, который ещё в сентябре 1798 года взял шестилетний подряд на снабжение военно-морского флота на общую сумму около шестидесяти четырёх миллионов франков. Военные подряды, поставка хлеба и мяса армиям, ссуды под будущие поступления из казны стали во Франции этого года быстрее всего растущим промыслом. Государственный кредит и первые центральные банки Главным новшеством 1800 года в денежном деле стало создание Банка Франции. Восемнадцатого января 1800 года постановлением консулов, то есть по воле Бонапарта, был учреждён банк, которому предстояло выпускать банкноты, оплачиваемые по требованию, и учитывать торговые векселя. Это была не государственная контора, а частная компания с особым положением: её капитал составлял тридцать миллионов франков, разделённых на тридцать тысяч именных акций по тысяче франков каждая. Устав написал банкир Клод Перье, а первым управляющим стал Эммануэль Крете. Право выпускать бумажные деньги в Париже единолично банк получил лишь в 1803 году, но само его появление в 1800 году означало, что Франция возвращается к нормальному денежному обращению после десятилетия ассигнатов, обесценившихся почти до нуля. Британский кредит работал иначе. В 1800 году в Лондоне государственные обязательства разных прежних выпусков были сведены в единые бумаги, которые держали и английские, и голландские, и швейцарские капиталисты. Это были самые надёжные процентные бумаги Европы, потому что проценты по ним платили всегда, даже в разгар войны. Английские капиталисты вкладывали деньги не только в свой долг, но и в долг других стран, а лондонский Сити сделался главным рынком займов. На этом рынке богатели не государи, а банкиры и посредники: ссуды воюющим державам, перевод денег для армий, страхование грузов и продажа государственных бумаг приносили больше, чем любая торговля. Именно в эти годы сложился порядок, при котором страна, умеющая занимать дешево, могла вести войну дольше и успешнее, чем держава, богатая по населению и земле.