Легко ли быть номером два в мире? Часть 2 — 14 апреля 2026 г. в 06:33:59.948
Легко ли быть номером два в мире? Часть 2 Продолжим разговор о том, как сложно стать второй экономикой мира, и какое бремя несет такая экономика. И сегодня на Китайской Угрозе обсудим путь Китая. Еще где-то 60-80 лет назад Китай был крайне бедной странной с аграрной экономикой. В конце 1940-х годов экономика была доведена почти до коллапса, с упадком промышленного производства и разрушенной инфраструктурой. В 1949 году к власти приходит Коммунистическая Партия Китая (КПК), которая сходу начала строить свой индустриальный «самолет» в советском стиле, с национализацией всех секторов промышленности (с приоритетом на тяжелую), с плановой экономикой, блекджеком и коллективизацией. Эксперимент под названием «Большой скачок вперед» (в 50-60-х) закончился плачевно — ни роста урожайности, ни объемов индустриального производства Китай не достиг, начался массовый голод, и скачок превратился в отскок назад. До конца 70-х годов особо ничего не менялось. Китай был бедной аграрной страной, пока к власти не пришел Дэн Сяопин. Переломным моментом, которые поставили Поднебесную на путь «чуда», стали его реформы, в том числе и экономические. Главными из них стали: - система «ответственности домохозяйств» в сельском хозяйстве: крестьяне смогли сами распоряжаться частью урожая и дохода, это резко подняло продуктивность и высвободило рабочую силу для промышленности - создание специальных экономических зон (пример — Шэньчжэнь), где были рыночные институты, налоговые льготы и упрощенный режим для иностранных инвестиций - легализация частного сектора и совместных предприятий с иностранным капиталом. Цены отпустили, появилась конкуренция и ориентация на прибыль - появление иностранного капитала благодаря политике «открытых дверей», причем двери открыли в обе стороны. Вместе с деньгами в страну и из страны потекли деньги, технологии, товары. Средний рост ВВП в 80-90‑е составил 9-10% в год, в отдельные годы 13-15%. Для страны, в которой еще совсем недавно средняя месячная зарплата была в районе чашки риса и бамбукового листочка это солидный результат. Это можно было бы назвать эффектом низкой базы, но такие темпы Китай сохранял и в нулевые, и в 10-е. Говоря про иностранный капитал, я имею в виду в первую очередь США. С открытой дверью Китай мог предложить рабочую силу с одной из самых низких оплат труда, что крупным производствам и было нужно. Строились фабрики, на них приходили заказы по сборке всего на свете, трудолюбивые работники это все собирали, предварительно переехав из села в город, а вокруг этих фабрик строили инфраструктуру. А вступление «мировой фабрики» в ВТО в 2001 году позволило китайским товарам попадать на самые большие и платежеспособные рынки США и ЕС на предсказуемых условиях и правилах. Размещая производство в Китае, корпорации приносили технологии и управленческие практики; китайские фирмы учились копировать и улучшать продукты, параллельно получая господдержку. Но, в отличие от Японии, в КНР было растущее огромное население, с растущими доходами на душу населения и возможностью сделать дома «самый большой внутренний рынок», что позволило нарастить собственную автономию. Американская экономика получила дешевый импорт, а Китай — платежеспособный спрос, технологии и доступ к долларовой системе. Это породило «симбиоз дисбалансов»: Китай экспортирует товары и капитал, США экспортируют спрос, финуслуги, бренды и технологии. Постепенно модель сместилась от чистой сборки к созданию собственных брендов и технологий: рост инвестиций в научные разработки, развитие техсекторов (телеком, электроника, электротранспорт, ИИ). Все это позволило стране стать второй экономикой мира в 2010 году, сместив с этой позиции Японию. Но история нового второго номера на этом не закончилась. Дальше мы поговорим о том, как первому номеру снова не понравились амбиции первого, что США с этим делают и почему текущая тарифная война скорей всего продолжится даже при следующем президенте США. Если опять победит республиканец. Китайская Угроза