(начало выше) — 16 июня 2026 г. в 09:19:33.166
(начало выше) Но есть ли что-то, что может не дать Банку России принять такое решение? Без этого тоже не обошлось. Первое — то, что зампред ЦБ Алексей Заботкин 5 июня сказал буквально: «пространство для снижения ставки не увеличилось». Это очень важная коммуникация, потому что за пару недель до заседания зампреды обычно не говорят случайных вещей, и если он так сказал — значит, внутри Центробанка есть фракция, которая хочет идти медленнее. Второе — рынок труда. Безработица всего 2,2% — это исторический минимум, такой не было никогда, а номинальные зарплаты растут на 15,9% в год. Это означает перегретый рынок труда: компании дерутся за работников и вынуждены поднимать зарплаты быстрее производительности. Это структурный фактор инфляции, который никакая SAAR за месяц не уберет. И ЦБ про это много пишет в своих документах. Третье — инфляционные ожидания, и это главная головная боль ЦБ. Сейчас они на уровне 12,9%, и цифра не двигается ни вверх, ни вниз уже полтора года. Это очень странно: фактическая инфляция за это время упала с 9-10% до 5%, а ставку ЦБ поднимал до 21% и сейчас держит 14,5%. И в теории это должно было сбить ожидания. Инфляционные ожидания — главная причина не снижать ставку слишком быстро. Логика такая: если ожидания остаются высокими, то люди и компании закладывают в свои решения 12% инфляции, а не 4-5%. Они требуют такого роста зарплат, такой доходности по депозитам, такого процента по кредитам, что само по себе разгоняет инфляцию обратно. Но тут возникает встречный вопрос: если ставка 14,5% и реальная ставка 9% не двигают ожидания, значит, ставка — вообще не тот инструмент, который на них работает. И тогда зачем держать ее такой высокой именно ради ожиданий? Самое интересное находится в вопросах бюджета и денежной массы. По моим данным из модели, доля бюджетного канала в приросте денежной массы M2 (это все деньги в экономике — наличные плюс депозиты) выросла с 25% до 49%. Что это значит на пальцах? Раньше деньги в экономику в основном попадали через кредитный канал: банк выдал кредит — в экономике стало больше денег. ЦБ управлял этим через ставку: дорогие кредиты — меньше денег, дешевые — больше. Сейчас почти половина прироста денег идет через бюджет: государство тратит деньги (на оборонку, инфраструктуру, выплаты), и они попадают в экономику напрямую, минуя банковский кредит. И на этот канал ставка ЦБ влияет очень слабо — Минфин тратит столько, сколько у него запланировано, независимо от ставки. Это означает, что текущая жесткость денежно-кредитной политики бьет в основном по частному сектору — по компаниям, которые хотели взять кредит на развитие, по людям, которые хотели купить квартиру в ипотеку. А бюджетный сектор продолжает накачивать экономику деньгами. Отсюда и парадокс: ж/д-перевозки и стройка падают, дефолты юрлиц растут, а инфляция и зарплаты — нет. Потому что бюджет вливает деньги. А что в итоге? Ситуация в статистических данных у нас интересная. И если бы не нюансы с ожиданиями, я думаю, у Банка России на руках были бы все карты, чтобы идти быстрее 0,5% за заседание. Но, раз население строит другие ожидания, то подход будет более консервативным. Но я все же попробую угадать, что решением будет снижение на 0,5%. Китайская Угроза