— Я сама знаю, как мне худеть к конкурсу, — отрезала дочь. В тот же вечер я отменила её... — 29 сентября 2026 г. в 06:10:17.800
— Я сама знаю, как мне худеть к конкурсу, — отрезала дочь. В тот же вечер я отменила её участие Смятый целлофановый пакет за чугунной батареей пах скисшим кефиром и желудочным соком. Оля брезгливо развернула его, пачкая указательный палец в серой кашице. Это была пережеванная и аккуратно выплюнутая куриная грудка. Щелкнул дверной замок. Оля сунула пакет обратно за штору. В коридоре стукнули кроссовки. Лика вошла в комнату, стягивая объемную черную толстовку. — Ты чего тут стоишь? — Лика дернула плечом. — Убиралась, — сухо сказала Оля. — Пыль вытирала. — Я сама могу, — буркнула дочь. Лика бросила рюкзак на кровать. Ей было пятнадцать. За последние четыре месяца она сменила все джинсы. Старые висели мешком. Новые она покупала на два размера больше специально. Оля шагнула ближе к столу. — Лик, а ты обедала? — Конечно. — Чем? — В столовой ела, — Лика не смотрела в глаза. Она перебирала тетради. — Макароны и котлету. Отстань, мам. Мне физику учить. Оля достала из-за батареи скользкий пакет. Швырнула его прямо на раскрытую тетрадь. — Это твои макароны? — голос Оли дрогнул. Лика замерла. Ее тонкие пальцы с обкусанным лаком повисли в воздухе. — Ты рылась в моих вещах? — Лика медленно подняла голову. — Я мыла полы. — Какое право ты имеешь? — взвизгнула Лика. Она схватила пакет и швырнула его в мусорное ведро под столом. — Зачем ты выплевываешь еду? — Оля шагнула вперед. — Ты весишь сорок два килограмма. У тебя скулы как ножи. — Мне надо в вес войти! — крикнула дочь. — В понедельник контрольное взвешивание. — Перед чем? — Перед региональным турниром. — Тренер сказал тебе худеть? — Оля сжала край стола. Костяшки пальцев побелели. — Папа сказал, — отчеканила Лика. — Папа сказал, что с моим жиром меня даже в запасной состав не возьмут. Оля услышала, как в прихожей провернулся ключ Вадима. За ужином стучали вилки. Вадим нарезал стейк. Лика ковыряла вилкой огурец. На ее тарелке…