визитки, они их выкинула не читая, и «шлите его лесом, дурака».
визитки, они их выкинула не читая, и «шлите его лесом, дурака». Следующая беседа была где-то полгода назад – я ей при встрече доложила, что С. до сих пор нас пытает насчет нее. Что он пытался подъехать к нашим детям со взяткой. Мол, найдите у матери в телефоне ее номер, сколько вам надо – 5, 10, 20 тысяч? Дети (уже студенты оба) не повелись, отшутились и тоже теперь от него прячутся. Фактически общается теперь с ним только муж, потому что у них свои дела. Она сказала: если за сто тыщ согласится купить номер, то чего ты, не тушуйся, продай, а бабки поделим пополам, пошлю его нах, да и дело с концом. Посмеялись. И вот наконец я перехожу к заключительным сериям этого сезона. Весной она приехала к нам в гости, без мужа, в короткий отпуск. А я уже за полгода-то расслабилась, поскольку общения с С. не было, и вся та история как-то стерлась. Но… мой милый муж, конечно, протянул язык, и С. начал как пес на течку кружить вокруг нашего дома. Кружил упорно, и прямо перед ее отъездом ему посчастливилось ее встретить. И вот картина: моя родственница входит в дом, а в руках несет огромную плетеную корзину со всякими деликатесами, сырами, фруктами… И лицо у нее такое при этом, как будто она несет кучу говна. Бросает эту корзину на пол и говорит: «Заберите, пожалуйста, себе, я такое не ем». Прямо с омерзением говорит. И уехала восвояси. Муженек мой веселый парень – он эту корзину понес к С., на, говорит, тебе просили передать. Это было даже немного жестоко, потому что на С. было больно смотреть. Словно его водой окатили и на мороз выставили. Видно, она ему что-то такое сказала, как копьем пронзила. Тут я окончательно успокоилась. Этот тошнотно-скучный сюжет наконец закончился. Но сразу начался новый сезон этого идиотского сериала. Родственница с мужем позвонили поздравить с ДР моего супруга, и ее муж рассказывает – у моей внезапный отпуск, а такая жарища, что она в городе будет сидеть, я решил, пусть к родителям своим поедет на недельку. Ладно. И вот иду я вечером домой и слышу знакомый голос. Решила – показалось. Прислушалась, не показалось. У С. — ее голос. Смеется, звон бокалов. Я, взрослая женщина, мать двоих детей, не приходя в сознание, взяла мужнин охотничий бинокль и полезла на чердак смотреть. Точно, сидят в беседке, вон, и машина ее стоит. В этот момент, на чердаке, я решила: так, раз она вступила в игру, это больше меня не касается, я ни с кем об этом не говорю, никому ничего не рассказываю, ничего не знаю, не видела, не слышала. Спускаюсь, а меня муж встречает радостный: а ты в курсе, что твоя… Я ему гордо сообщила свои решения — что я ни с кем ничего не обсуждаю про своих родственников и ему очень не советую. А через пару дней мне сын говорит между делом – а я «теть-свету» видел, она что, к нам приехала?.. Нет, не приехала, и никого ты не видел, понятно? И вот всю неделю я жила в кошмаре, который сама себе соорудила. Ежедневно проводила работу с родственниками по зашиванию им ртов. Родственники сопротивлялись, особенно пожилые дамы. Говорили, ну как же такое да не обсудить, это ж не по-людски, мы ж чай не слепые и не глухие. А ежевечерне я лазила на чердак и смотрела – она еще там или уехала наконец? Не подглядывала, а именно убеждалась. И потом по полночи проводила без сна, воображая всякие ужасы. У меня родилось три сценария ужасов. Первый: она уходит от мужа, и всю свою агрессию и боль по этому поводу он направляет на мою семью и на меня лично. Второй: она не уходит от мужа, и тогда С. всю свою агрессию и боль по этому поводу направляет на мою семью и на меня лично. Третий: она крутит ими обоими, в конце концов кто-то из них ее убивает, и я погружаюсь в болото вины, что допустила такое. Пытаюсь вколотить себе в голову такую простую и очевидную мысль: это все вообще никак не касается ни меня, ни моей семьи. Это их дела, мы тут не при чем. Но мысль не лезет ну никак, ну никак! Я продолжаю пребывать в лютой тревоге, физически ощущаю угрозу своему благополучию. Хотя казалось бы – ну с чего? И поговорить не с кем – сама