Цветы вместо уборки были только разминкой. У бабушки я уже собрала штат.
Цветы вместо уборки были только разминкой. У бабушки я уже собрала штат. Бабушка уезжала по делам, за ягодами или грибами и оставляла мне задание: прополоть огород, натаскать воды, всё полить. Я смотрела на грядки как на личное оскорбление. Полоть не любила. Поливать не любила. Таскать воду не любила особенно талантливо. Но рядом с бабушкой жили цыганские семьи, и тут у меня обнаружилась валюта: бабушкины пирожки. Пирожки я тоже не любила. Ребята любили. На этой разнице курсов держалась вся моя летняя экономика. Я спрашивала: «Пирожки хотите?» Ребята отвечали: «Хотим!» Я объясняла условия: «Тогда вот это прополоть, воды натаскать и всё полить». За дополнительные работы полагалась отдельная премия: покататься на моём велосипеде. Очень скоро система заработала сама. Стоило бабушке уехать, ребята приходили утром и спрашивали: «Лена, что сегодня нужно сделать? Давай, мы готовы». Вы понимаете? Люди сами приходили с утра и просили дать им работу. Я совершенно не ценила своего счастья. Я выдавала задания и возвращалась к книге. Огород полит, вода натаскана, пирожки съедены, велосипед занят. Все довольны. Особенно руководитель, который опять ничего не делал. Мою миграционную службу спалила соседка. Она сообщила бабушке, что, пока та ездит по делам, за ягодами и грибами, у неё по огороду бегают цыганские дети, пропалывают грядки и таскают воду. Так бабушка узнала, что мои летние каникулы проходят очень организованно: я читаю, а за меня работает целая бригада. И вот теперь у меня один вопрос: где сейчас взять такую рабочую силу? Чтобы всё лето сама приходила утром, выполняла за меня всю работу и была счастлива от пирожков и велосипеда. Я готова повысить тариф. Пирожки без ограничений. Велосипед служебный. Только придите и скажите: «Лена, что сегодня нужно сделать?» Я вам ещё и цветы поставлю.