В последнее время я всё чаще наблюдаю одну тему — в себе, в клиентских историях, в филь... — 23 августа 2026 г. в 07:05:54.326
В последнее время я всё чаще наблюдаю одну тему — в себе, в клиентских историях, в фильмах, в том, что как будто само приходит в поле. Тему женского раскола. Как будто внутри женщины часто живут две части. Одна — хорошая девочка. Правильная, удобная, понятная, старающаяся быть принятой. Другая — плохая девочка. Теневая, запретная, живая, желающая, свободная, иногда злая, иногда слишком яркая. В культуре это давно существует как образ Мадонны и блудницы. Одну женщину уважают, другую желают. Одну поощряют, другую клеймят. Но целостную женщину — ту, в которой есть и нежность, и желание, и духовность, и тело, и материнство, и сексуальность — часто выдержать сложнее. И самое интересное, что мы сами начинаем делить себя так же. Иногда мы отправляем в тень свою «плохую девочку» — ту, которая хочет, злится, выбирает себя, проявляется, живёт телом. И тогда становимся слишком правильными, но внутри как будто мало воздуха. А иногда в тень уходит наоборот «хорошая девочка» — наша мягкость, доброта, чистота, способность любить, быть искренней, доверчивой. И тогда мы можем бояться доброго проявления, потому что оно кажется слабостью, наивностью или угрозой. И получается, что несвобода рождается не только тогда, когда мы запрещаем себе быть «плохими». Но и тогда, когда мы запрещаем себе быть добрыми, нежными, простыми, светлыми. Мы можем не принимать разные части себя. И каждую из них назвать неправильной. Мне кажется, зрелость начинается не тогда, когда мы выбираем одну сторону. Не когда становимся только хорошими. И не когда уходим в бунт и доказываем, что нам можно всё. А тогда, когда начинаем возвращать себе целостность. Женщина не обязана быть либо Мадонной, либо блудницей. Она может быть живой. Разной. Целой.