Инструменты: вера.
Инструменты: вера. Казалось бы, какое отношение вера может иметь к работе психолога - если только он не занимается вопросами религии, как предмета внутреннего конфликта - и уж тем более к инструментам его работы? Однако если отойти от религиозного и институционального контекстов, вера становится важным инструментом как минимум в двух аспектах работы: в возможности изменений в жизни клиента и в деле поддержания профессиональной идентичности самого психолога. Изменения в жизни клиента, конечно, не связаны напрямую с верой психолога: зачастую они происходят не вследствие психотерапевтической работы, а как бы параллельно ей, а нередко даже и вовсе вопреки или будто бы назло происходящему в кабинете. Этот процесс, не быстрый и наполненный противоречия в той же мере, что и психика любого человека, рождает немало сомнений на пути: «туда ли мы идем?», «к чему вы меня склоняете?», «есть ли смысл в нашей работе?» переплетаются с утвердительными «я снова хожу по кругу», «ничего не меняется» и прочими - список можно дополнять практически бесконечно. В этой точке клиент нередко перестает верить в возможность улучшения своей жизни, избавления от симптома или обретения новых сил, будто бы столкнувшись на собственном опыте с масштабом, печалью и восторгом постулата «чем больше я знаю, тем больше я не знаю», и чаще всего, без последнего компонента, ведь восторг незнания - навык, воспитываемый психотерапевтической работой и изменением установки клиента. В этот самый момент психолог использует свою веру в возможность изменений и улучшений в жизни клиента, как опору для последнего; образно говоря, психолог предлагает свою веру как костыль для пошатнувшейся опоры, прямо продолжая идеи контейнирования, холдинга и аренды своей психики для преобразования материала клиента. В сущности, вера психолога служит дополняющим аспектом материнских архетипических проявлений психотерапевтической работы, предлагая ось и опору - фалличность, свойственную отцовской фигуре - для возможности адаптации, ассимиляции, аккомодации и интеграции происходящего в процессе терапии. Нередко именно возможность психолога как бы сказать клиенту «Вы можете опереться на меня» фразой «Если вы не верите себе - верьте мне» является точкой начала большого сдвига в работе, какой бы кризис веры за этим не следовал. Не менее важным для продолжения психотерапии является и возможность психолога верить в себя, в метод, в инструменты, в теорию или философские основы своей работы. Профессия психолога накладывает специфический отпечаток на профессиональную идентичность психолога: фактически, мы живем в постоянном сомнении относительно себя, своего места в профессии, тех методов, которые мы применяем и теорий, на которые мы опираемся. Это состояние моратория идентичности является одним из основных рабочих инструментов, который позволяет не равнять всех клиентов под одну гребенку, но учитывать различия, особенности и своеобразия и предлагать каждому клиенту психотерапию, подходящую именно ему. В это же время психолог нередко попадает в такие же сомнения, которые ему приносят его клиенты, и не всегда эти сомнения будут следствием контрреакции на клиентской материал. В этой точке - оборотной стороне профессиональной инфляции, так же необходимой психологу, как и любому другому человеку в его психической жизни - основным вызовом является разочарование в происходящем, порождающее фантазии о собственной никчемности и желание завершить практику, кажущуюся бессмысленной и бесполезной как для себя, так и для существ. Вера в преодолимость этого этапа помогает продолжать - как терапию с конкретным клиентом, так и практику вообще - и найти точки опоры, которые позволят двигаться дальше: в воспоминании о том, как этот цикл уже повторялся или в неожиданных рассказах клиентов про улучшения среди прочего. Именно вера - как ожидание обещанного и уверенность в невидимом - становится важным инструментом профессиональной деятельности психолога, помогая продолжать процесс - и жизнь - не только клиенту, н