ПАЦИЕНТСКИЙ ТРОЛЛЬ В БЮДЖЕТИНСКЕ. СТАТЬЯ 10, ЧАСТЬ 2: СМЕТНАЯ ЭКСПЕРТИЗА — 23 августа 2026 г. в 12:39:25.428
ПАЦИЕНТСКИЙ ТРОЛЛЬ В БЮДЖЕТИНСКЕ. СТАТЬЯ 10, ЧАСТЬ 2: СМЕТНАЯ ЭКСПЕРТИЗА Предисловие: Наш товарищ, таинственный обитатель уютного морга – Сун Цы, решил тут продолжение написать про похождения пациентского тролля в Бюджетинске. Вышло великолепно! С радостью публикуем! В подвале бюро СМЭ на Проспекте Независимых Заключений Бюджетинска пахло так, будто формалин трахнул одеколон «Сашаль» в гнилом подъезде и родил незаконного мертвеца с привкусом бюджетного дефицита. Анатоль Сметович Распилов, главный распиловщик городских денег и грудных клеток, лениво водил позеленевшей от формалина плотницкой ножовкой по столу. Костная пила исчезла при Ельцине, ушла в частный сектор, как и всякий нормальный инструмент. Теперь Распилов работал по принципу столярного цеха: чем грубее распил, тем меньше вопросов от родственников. На столе лежал свежий труп — пенсионерка, умершая в очереди за протезом. Распилов взглянул на протокол: «Скелетированные останки». Тело привезли час назад, но реактивы кончились в прошлом квартале, а зарплату задержали так, что он уже забыл, как выглядит непросроченная купюра. Скелетированные останки, не ошибка, а сметная позиция. Чем меньше химии, тем больше оседает на откат. В дверь постучали, как микропенис о кафель. — Входи, — Распилов не поднял глаз. — Снимай бахилы. Или надевай. Мне пофиг, лишь бы не срал на пороге. Дверь приоткрылась, и в проёме замер пациент, вчера таинственно молчавший у Мозголомова. — Я презрел своё имя, — начал он, но голос дрогнул, уловив запах смерти и вид ножовки. — Знаю, Кисса, — Распилов поднял глаза. — Король иллюминатов, свидетель апокалипсиса. Семён Васильевич в чате написал. Мы все в одном песочнице, милая. Один коллектив, одна смета, один админ. Кисса побледнел, но выпрямился: — Вы те самые преступники! Я требую пересмотра экспертизы! Вы без осмотра дали заключение! Я читал в канале «Медицинский юрист Марья Кучерей»… — Без осмотра? — Распилов удивлённо поднял бровь. — Да мы всегда смотрим. Иногда — издалека. Иногда — по фотке. А иногда, — он постучал ножовкой по столу, — смотрим на смету. Смета, киса, требует внимательного взгляда. Особенно когда речь о размере отката. — Какой сметы?! — вспыхнул пациент, попятясь к двери. — А как же. В июле скелетированные останки — одна цена. В августе, когда реактивы кончились и зарплату заморозили — другая. «Сашаль» дорожает, ножовку точить надо, формалин не из воздуха берётся. Хочешь, напишу, что тебя врачи искалечили. Хочешь, что сам себя. Хочешь — скелетированные останки. Всё зависит от глубины кармана и ширины ануса оплачивающего. Кисса открыл рот и закрыл. Его конспирология, где он борец за правду, а врачи демоны, столкнулась с честным цинизмом. Распилов не отрицал. Он монетизировал. — Но я же живой! - Пока, — согласился Распилов, разглядывая зубья ножовки. — Но время — шлюха непредсказуемая. Особенно в Бюджетинске. Вчерашний клиент тоже был вполне живой и платёжеспособный, пока не увидел смету. Он сделал шаг. Не угрожающий — служебный. Ножовка скрипнула. Кисса взвизгнул по-мышиному. — Вы сговорились! Врачи, психиатры, судмедэксперты! Админ вас всех купил — Админ — прагматик, — заметил Распилов, беря протокол. — Без сметы нет эксперта, без эксперта нет поста, без поста нет подписоты. Паспорт принёс? Или презрел вместе с именем? Кисса уже нёсся к выходу, путаясь в штанах и вопя про всемирный заговор. Когда дверь захлопнулась, Распилов вписал в графу «Состояние»: «Скелетированные останки». В графу «Причина» — «Остановка сердца на фоне отсутствия сметы». В «Примечании» добавил: «Пациент жив. Пока. Справку из ПНД не предъявил. Паспорт презрел. Рекомендован повторный приём при наличии отката». Он брызнул на руки «Сашалем», закрыл протокол и уставился на ножовку. — Завтра привезут бюджет. Или нет. Тогда опять работаем по-сметному. В телефоне мигал телеграм. Админ опубликовал одиннадцатый пост. Распилов улыбнулся. Скелетированно. Послесловие: По слухам, Распилов собирается переезжать в город Мздов в уютный морг к своему автору...