#читаемнаночь
#читаемнаночь Когда-то я смотрела на мальчика, который бился в истерике в магазине, требуя шоколадку, и думала: «Фи! Вы просто не умеете их воспитывать. В доме, где на полках стоят книги, а в воздухе звучит классическая музыка, ребенок не бьется в истерике». Он отодвигает от себя томик Шопенгауэра и спрашивает: — Мамочка, я могу съесть шоколадку? Смотрела я на девочку, которая дубасила лопаткой напарницу в песочнице, и думала: «Фи! Мой ребенок никогда не будет никого бить лопаткой. Никогда и никого. В доме, где на полках музыка...» И далее по тексту. А потом я родила двоих детей. Одного за другим, не приходя в сознание. С тех пор девочка с лопаткой приходит в мои сны. Она дубасит меня по комполу и голосом Шопенгауэра спрашивает: — Ну что? Получила? Получила?! Ты просто не умеешь их правильно воспитывать! То, что я не умею их правильно воспитывать, было открытием номер раз. То, что все дети — сюрпра-а-а-йз! — разные, стало открытием номер два. Вот возьмем девочку Санечку. В комнате — бардак. А давай-ка, говорю, мол, прибeремся. Утром уборка, говорю, вечером — мультики. Девочка Санечка честно убирает комнату и смотрит заслуженные мультики. А теперь возьмем мальчика Сережу. Сережа сначала интересуется, сколько мультиков он сможет посмотреть, если уберет комнату. О цене договариваются на берегу, справедливо полагает мальчик Сережа. Потом Сережа торгуется. Он со вкусом скандалит на тему того, что два мультика это мало и ему нужно три. Потому что «три мультика, мамочка, — это лучше, чем два мультика, мамочка, ты какая-то глупая, мамочка». После этого Сережа строит замок, рисует динозавра и беседует с игрушечным хомяком. Потом приходит и сообщает, что «Сейезинька отинь устай», что животик хочет кушать, глазки хотят мультик, а ручки и ножки совсем-совсем не могут ничего делать. Я не знаю, как заставить Сережу прибирать комнату. Привет тебе, о девочка с лопаткой... Или вот возьмем врача и прививку. Девочка Санечка боится врачей и прививок. Она кричит и вырывается. Она дерется, как лев, и не идет на уступки. Девочка Санечка — честный боец. — В меня! — гордо говорит муж. Я не знаю, как убедить Санечку не бояться прививок. Да вижу, вижу тебя, девочка с лопаткой, сгинь уже. Или вот возьмем «кактыпровелдень». Девочка Санечка очень любит рассказывать, как она провела день. Как с утра она пришла в школу. Встретила Нину. Потом они пошли на завтрак. На завтрак была невкусная каша, потом была математика, потом они ходили в буфет, и так коротенько минут на 40. Мальчик Сережа информацией нас не балует: — Началя папа пьивёй меня в сад, мы кусийи, потом меня побий Максим, потом я побий Максима, потом я спай, потом папа пьисёй. Се! Девочка Санечка любит заныкать свои конфеты в красивую шкатулку, а потом любоваться и пересчитывать. Мальчик Сережа любит сразу сожрать свои конфеты, а потом тырить чужие из красивой шкатулки. Девочка Санечка пошла в школу с 6 лет. Когда мы были на собеседовании, Санечка узрела на столе у секретарши стеклянную фигурку оленя. Стеклянный олень, вашу мать! Это ж надо додуматься. Санечка два часа прорыдала горючими слезами о том, что ей без такого оленя теперь жизнь не мила. Прямо там, в школе, и рыдала. Мимо ходили ученики, строго смотрели учителя, а под секретаршиным столом злорадно хихикала девочка с лопаткой. Саня выковыривает из пирога изюм и ест только тесто. Сережа выковыривает из пирога изюм и ест только изюм. Сережа спит днем по два часа. Саня не спит днем с двух лет. Я не знаю, это про «дети — разные» или про девочку с лопаткой, — сами придумайте. Саня никогда не таскала в рот монетки, бусинки и детальки от конструктора. Никогда, никогда, никогда. Сережа радует нас до сих пор. Недавно проглотил монетку и начал задыхаться. Если б не моя сестра, которая быстро перевернула его вверх тормашками и вытрясла эту монету, то я даже не хочу думать.