Однажды на занятии ребёнок разбил мою укулеле😞 — 31 июля 2026 г. в 10:49:53.656
Однажды на занятии ребёнок разбил мою укулеле😞 Мы занимались с Андрюшкой, и разбил он её не со зла: он так себя регулировал, не рассчитал силу, в движениях у него был хаос, и укулеле просто попалась под руку, а я не углядела. Но мне было очень, очень жалко, настолько, что захотелось уйти. Не показательно уйти, не в духе «плохой мальчик, расстроил меня, я с тобой не играю», а по-настоящему, потому что мне было грустно, и это горе надо было прожить. И я ушла в уголок, села и стала причитать над своей укулеле, искренне горюя, у меня реальные слёзы накатывали. А он испугался, по-настоящему испугался, почувствовав, что произошло что-то острое: отполз и сжался в противоположном углу, будто ожидая удара. Откуда у него такая реакция, я не знаю и не буду фантазировать. И вот сижу я в своём углу, горюю над инструментом, а этот ребёнок сначала направил на меня взгляд - впервые целевой! А потом медленно, по-звериному, словно на мягких лапах, аккуратно подполз и сел рядом. И так и сидел, почти неподвижно - глядя, как я горюю. Такой концентрации я от него раньше не видела: он ведь постоянно пытался бить все вокруг, включая меня, а тут просто сидел рядом и смотрел, и я почувствовала, что между нами возник контакт. И вот я продолжаю причитать и говорю ему: «Андрюшка, надо пожалеть укулеле, ей очень больно». Ребёнок весь в гипертонусе, это его постоянное состояние тела. «Надо её погладить», - говорю и глажу инструмент ладонью. И тогда вдруг он расслабляет свою руку, ту самую, которой раньше только бил, кулачок превращается в свободную ладошку. И этой не враждебной, а ласковой рукой он начинает гладить укулеле вместе со мной. С той укулеле пришлось попрощаться, но у меня появилась новая, и мы стали играть с ней каждое занятие. Он делал вид, что снова её бьёт, но именно играл в это, а не бил по-настоящему: хлопал понарошку, сам отрегулировав свой тонус. Потом я так же понарошку плакала, он понарошку жалел, и у нас появилась общая игра. За один этот эпизод у него развернулась целая цепочка игровых действий. Цикл игровой активности. Это стало одним из ключевых моментов нашего с ним контакта, из которого позже выросло много чего созидательного. И мне важно сказать здесь вот что: дело было не в том, что у меня в руках оказалась именно укулеле, и не в каком-то приёме. Ребёнок откликнулся не на технику, а на моё живое состояние: на то, что я осталась настоящей рядом с ним, а не спрятала свою грусть за «правильным» поведением специалиста. С особыми детьми иначе и нельзя, фальшь они чувствуют мгновенно. Мы часто думаем об инструментах как о чём-то красивом: вот звучный глокеншпиль, вот трогательная укулеле, и на этом останавливаемся. Но в нашей работе инструмент не про «красиво». Он про то, в каком состоянии мы находимся рядом с клиентом, когда берём его в руки. Или когда он ломается. Если вам близко такое отношение к инструментам, не как к красивым игрушкам, а как к части живого контакта, я собрала путеводитель «Инструменты музыкального терапевта»: что стоит иметь под рукой, зачем и с чего начать собирать свой арсенал. Чтобы я прислала его вам, напишите в сообщения сообщества https://vk.me/igraiuchi_music_doctor слово «Инструмент»