рнулся к ней набок, обхватил за обширный зад и укусил вбок.
рнулся к ней набок, обхватил за обширный зад и укусил вбок. - Дурак, - отпихнула она его со всей силы, тот головой чуть о беленную стену не ударился, - синяков мне не хватало, совсем голову потерял? – глянула на него Марфа, что молнию метнула. – Как это? - Ну, вы же общаетесь между собой, делитесь. Объясни ей, она, кажись, икряная у меня, забрюхатела, - подпёр голову рукой Тихон, стараясь объяснить «подруге», чего хочет от неё. - Тихон?! - А? - Ты совсем крышей поехал? – покрутила у виска Марфа, натягивая платье пониже, задралось по пояс в порыве. – Сначала тебе молоденькую подавай, она же тебе почти в дочери годится, – нахмурилась на него Марфа и поднялась с грязного топчана, - чем думал, когда в ЗАГС её манил? - А кого мне было тащить? Тебя, что ли? – усмехнулся он и повалился на «ложе любви» спиною. За дерзость свою получил по уху от Марфы. - Связался с ребёнком, сам думай, как быть! В браке дети рождаются, представь себе! – она встала перед ним, расставив тяжёлые ноги, руки в бока, пара непослушных тёмных локонов упало на лицо. Женщина - огонь. – Я на себя такой грех брать не стану! – пригрозила она ему пальцем и собралась уйти. - Станешь, - протянул он басом. В прыжке поднялся с самодельного спального места для скотников. Отряхнулся, застегнулся, поправился – готов. – А то не сомневайся, возьму на себя труд, расскажу твоему мужчине-рогоносцу… Опомниться не успел, как получил тумака прямо в лоб, опять завалился на топчан. - Марфа, не дури! - пригрозил он ей. - Я тебе не твоя Оля – зашибу! Мужика моего языком своим поганым не тронь! - Ишь, как заговорила – «пога-а-аным», - ухмылялся он, - а, то корчилась тут, минут двадцать назад, извивалась подо мной. А тут… поганый. - Тишка, на то врачи есть, а ты паскудник последний, если дитя своего убить хочешь. - Может, и не беременная она, я предположил. Хочу я детей, сына, дочку обязательно, но не так сразу. У матери, видно, стыдиться спросить, а к тёще я особо не пускаю, не любят меня там. Пусть со стороны смотрят. Объясни ей, как там делается-то, вы же видитесь в родилке, - вымаливающее смотрел на Марфу Тихон исподлобья, - ты знаешь, - приподнял он бровь, - я в долгу не останусь, зацелую, - схватил он её за руку и хотел поцеловать, Марфа снова его толкнула. - Змей, ты! Не для тебя стараюсь, девку жалко, - махнула она на него рукой и вышла. Тихон многозначительно погладил плоский живот, стал собираться домой, время к десяти, да и мужики где-то бродят по ферме, зуб на него точат – выгнал их, закрылся. Домой вернулся в приличном расположении духа. Жена уже спала, будить не стал, после Марфы не тянуло. Скинул портки грязные посреди комнаты, в которых валялся по бытовкам с чужой бабой и завалился спать. На Марфу можно положиться, она женщина опытная в таких делах, научит Олю.