Долго горел свет у них на кухне, чем занималась там мама ночью, никто не знал – домочад...
Долго горел свет у них на кухне, чем занималась там мама ночью, никто не знал – домочадцы видели сладкие сны. Когда вернулась она в свою комнату тоже никто не заметил. Поутру Оля в лучшем своём расположении решила снова об этом поговорить. - Мить, давай сначала к родителям съездим, а потом Славик пойдёт в садик. Представь, он сейчас только начнёт ходить, разболеется, и никуда мы не поедем, - варила кашу у плиты Оля. - Может он и не собирается болеть? – наливал кипяток из чайника в кружки с заваркой Митя. – Оль, отпусти его, он уже поправился, щёки вон какие стали, ноги крепкие, как и положено мужику, - посмотрел он на двери, - а ты… В дверях стоял Коля в трусиках и маечке, протирал кулачками глаза. - Иди к папке, - присел на корточки Митя и протянул ему руки. Сонный мальчик, улыбаясь, жмурясь от света, у них в комнате ещё зашторенный окна, подошёл, сел на коленку папе и что-то пробормотал. – Иди, - спустил его на пол Митя, - позови сестру, вместе позавтракаем, - и чуть подтолкнул его. Колька вприпрыжку выскочил из кухни. Вернулись они уже вдвоём. Олю это так нервировало, теперь муж её даже слушать не станет. - Наверное, ты права Оль, - вдруг оторвался Митя от омлета, пересадил Колю на табурет рядом, Наташа сама пересела, напротив. Папа достал им тарелки и положил каждому по кусочку ароматного, горячего завтрака. – Съездим сначала к родителям, а потом всё остальное, тем более, отпуск мне передвинули и с первого числа я в отпуске. - Как же? Ты не говорил… - Я сам только вчера узнал, кому-то из ребят понадобилось в августе я и уступил. А ты вчера рычала на меня, вместо того чтобы выслушать. На работу тебе надо выходить Оля, на работу… - снова подошёл он к ней, обнял за плечи и поцеловал в щёку. Наташка улыбалась, глядя на родителей, болтая ногами на стуле, Коля жмурился, показывая, что это "фу". - Что ты ногами болтаешь? – обернулась к ней мама, - ешь давай. - Ладно мальчики, девочки, - глянул папа на всех, одевая свою рабочую сумку на плечо, - не балуйтесь тут, маму слушайтесь, а я побегу, машина сейчас подъедет. Оль, ты собирай вещи потихоньку, недели на две махнём! - Ты лучше скажи ей, пусть не бегает на конец улицы вечерами, - кивнула Оля на Наташу, - тянет её туда, как примороженную. - А что? - Ничего, странные они какие-то, от людей прячутся. - Ну от Маруси я бы иногда спрятался, - усмехнулся Митя. - Митя… - строго посмотрела на него жена. - Поняла Наташка? Чтобы больше ни ногой, - подмигнул он дочери улыбаясь. Наташа ему ответила весёлым кивком. – Вот! Я сказал, - насмешливо посмотрел он на жену. Поправил ремень на поясе, ещё раз поцеловал Олю, махнул рукой ребятам за столом, и размашистым шагом вышел из кухни, тут и ЗИЛ знакомый на дороге остановился. Оля вздохнула, глядя в окно. Мимо их двора прошёл Юрий, ребятам в машине что-то крикнул на радостях, обернулся на окно – кивнул Оле и пошёл дальше, машина поехала в противоположную сторону из посёлка. - Ну, что сидите? - обернулась она к детям, - марш одеваться! Собирайтесь. Дети кузнечиками попрыгали с табуреток и помчались в детскую, в большой комнате подал голос Славик, Оля, бросив всё на кухне как есть, пошла к нему. Достала из кроватки, посадила себе на коленки, целовала в щёки, в шею, ножки гладила. Потом начала одевать, не спуская с рук, Славка выкручивался как червяк, извивался, он хотел к брату, к сестре в другую комнату, ножками идти, сам, а мама вцепилась в него мёртвой хваткой. Пришлось покориться. Но как только она закончила, натягивать на него маечки и шорты, он скользнул у неё с колен, как ящерка из рук, и побежал косолапо к брату и сестре. Через пятнадцать минут дети ждали маму у калитки, пока она замкнёт дверь, Славка нервничал в коляске, - он уже большой. Мимо прошли две старшие девочки Ершовых из дома на окраине, одна вела за руку брата младшего, другая - сестру. Шли чеканным, ровным шагом, лица у всех плоские, неподвижные, взгляд безучастный. - Здравствуйте, - сказали они хором, заметив женщину на крыльце дома, негромко, достаточно приветливо и уважител