ЧТО Я ОТВЕТИЛ ЖУРНАЛИСТАМ
ЧТО Я ОТВЕТИЛ ЖУРНАЛИСТАМ Звонили журналисты из Сибири, вызнавали про критерии профессионализма в гипнологии. Вопрос, действительно, актуальный, так как никакого нормативного акта в отношении деятельности с применением гипноза не существует, а спрос на услуги психотерапевтов, использующих гипнотическое воздействие, растет. Потому что работает сарафанное радио, когда люди, получившие долгожданное облегчение, делятся благой вестью. Правда, на этом фоне хватает слухов противоположного характера. Деньги заплатил, вроде все хорошо, но через месяц расстройство вернулось. По сути, мошенничество, хотя от ошибок никто не застрахован, в том числе ошибаться может и гипнотерапевт. Это, мне кажется, понятно всем, поэтому погрешность в виде "человеческого фактора" я предложил не обсуждать. Это неизбежное зло. Другое дело - фальшивка. Первый признак "ненастоящего" гипноза, а значит, и результатов всей психокоррекции - это утверждение самого гипнотерапевта, что гипноз - это не паралич воли, что это самое безопасное состояние и т.д. Ветер дует, как всегда, с Запада, где давным давно устаканены нормы бизнеса, в которых услуга гипнотерапии не может не быть коммерчески привлекательной, а значит, автоматически теряет все, что может препятствовать увеличению числа продаж. Это очень простая арифметика, которая, кстати говоря, намертво отделила гипнотерапию от медицины, потому что превратила первую в блеф, который заставляет морщиться любого дипломированного врача. Ведь "обезопасив" гипноз, западные школы психотерапии попросту удалили его из практики. На самом деле представители таких школ называют гипнозом психологические эффекты, которые критики так и называют: "игра в гипноз". Курс психокоррекции в таких случаях превращается в представление, где один играет роль пациента, другой врачевателя и оба верят в свою роль, поэтому практически всегда имеется эффект плацебо. По сути, его и продают "гуманные психологи". Самое интересное, что сами психотерапевты часто верят в то, что они делают гипноз. Мне не раз доводилось видеть охреневшие лица моих коллег, которые повышали квалификацию на моих курсах. Прозрение. Они добросовестно проучились и получили дипломы по признанным в Европе и США программам профподготовки, чтобы потом узнать у какого-то Иванова, что гипноз - это всегда паралич воли. Что гипнотизируемое лицо всегда помещается в психотравму. Это и есть состояние гипноза! Ничего нежного и ласкового в этом нет. А самое главное, по другому избавиться от симптома (особенно если речь идёт о жёстких формах) невозможно. Лично я не вижу ничего плохого в том, чтобы пациент обо всем был проинформирован и сознательно принимал решение. Да и что удивительного в том, что лечебная процедура носит болезненный характер? Главное - результат. Он должен быть не фиктивным, а настоящим, на физиологическом уровне, когда избавление от расстройства происходит не на время, а навсегда. Вот что я ответил журналистам.