О ТОМ, КАК ОБРАЗ СОБАКИ СТАЛ КЛЮЧОМ К РЕЗЕРВУАРУ РОДОВОЙ ПАМЯТИ
О ТОМ, КАК ОБРАЗ СОБАКИ СТАЛ КЛЮЧОМ К РЕЗЕРВУАРУ РОДОВОЙ ПАМЯТИ Расскажу о необычном случае, который до сих пор остаётся для меня загадкой. Обратился мужчина, которого спорадически мучали головные боли. Весь круг врачей, травников, бабок, экстрасенсов, святых мест он прошел. Иногда отпускало, но не более. Очевидно, этот опыт сделал мужика философом, и от общения со мной он много не ждал. Возможно поэтому первый сеанс не задался, а второй грозил оказаться последним, потому что мне обречённо предлагали искать там, где тысячу раз уже искали. Безуспешно. Даже ключевой фактор - стресс 17 летнего возраста, когда трагически погибла любимая собака, мой подопечный рассказывал привычно. Там была такая история, что привязанная на улице собака, оказалась привязанной не пару часов, как планировалось, а двое суток. Были лютые морозы, а загородный дом стоял в уединенном месте. Собака замёрзла. Так получилось, потому что у парня случился сердечный приступ, и он потерял сознание. Оказался на больничной койке под капельницей. Когда пришел в себя, попросил знакомых сходить, проведать собачку - сам струхнул, потому что догадывался о непоправимом. И действительно, собаку нашли мертвой. Прощаться с умершим по его вине псом не стал. Попросил похоронить без него. Больше в загородный дом ни ногой. Как раз в это время начались головные боли. Потом они прекратили и больше не возвращались, пока спустя много лет мой герой изменил своей беременной жене. Головные боли вернулись, словно напоминая о старом кошмаре. В общем, мне было более менее ясно и я начал стандартную терапию потерь. Мой подопечный, последовательно перепроживал травматические эпизоды, в том числе глазами умершей собаки, эмоционально освобождался. Где-то даже до слез. Казалось, мы идём к финалу, но меня ждал неприятный сюрприз: оживший от долгого контакта образ собаки не уходил. Это могло означать только одно - его подпитывают ещё не открытые психотравмы, более раннего происхождения. Не успел я привыкнуть к этой мысли, как образ собаки трансформировался в образ каторжного бремени - камень на цепи, прикованной к ноге. Чтобы ходить, этот камень надо носить на руках. Сразу после этого пациент вдруг вспомнил раскулаченного прадеда, брат которого умер от голода. Потом начались военные годы - невзгоды беженцев, среди которых семья моего подопечного. От болезней и ран она поредела наполовину. Причем, открывались подробности, который мой пациент знать не мог. Он видел, например, глазами прадеда сестру, о которой ничего не знал. Глазами деда видел своего дядьку, который погиб, утонув в болоте, будучи раненным своими же. Два часа мы перебирали неожиданный семейный альбом, где всплывали персонажи, о существовании которых, по признанию самого пациента, он не догадывался. Родовой склеп, как оказалось, содержал много эмоций, и когда мы их выпустили, головные боли ушли. Насовсем. Очевидно, ассоциация преданной собаки с кандальным камнем - метафорой судьбы некогда обширного рода, открыла те подвалы сознания, в которых хранились родительские части, содержавшие в себе образы, с которыми мой подопечный не имел ничего общего. Кроме передаваемых не генетическим способом представлений. В любом случае, исходя из полученного опыта, мы можем сделать вывод о существовании в каждом из нас резервуара под названием "родовая память". Просьба не путать с родовой легендой, потому что унаследованные представления не связаны с тем, что говорили моему подопечному старшие родственники. Во всяком случае, он этого не помнит. Резервуар может иметь повышенное давление, которое тоже передается по наследству, и которое, как мы можем видеть, можно сбросить.