ажи, – Илья пожал плечами, и в этом жесте было столько холодного равнодушия, что старик... — 1 июля 2026 г. в 16:36:35.935
ажи, – Илья пожал плечами, и в этом жесте было столько холодного равнодушия, что старик на мгновение опешил. – Делай что хочешь. Мне всё равно. Я никого не убивал. Кондрат стиснул палку так, что костяшки пальцев побелели. Он понял, что этим Илью не проймёшь. Тогда он зашёл с другой стороны: – Не ты, значит, а Полинка твоя! Ведьма проклятая… Илья переменился в лице мгновенно. В глазах вспыхнула такая ярость, что Кондрат отшатнулся. А сильные руки уже схватили его за грудки и рванули так, что старик повис в воздухе, болтая ногами. – А вот Полину не трожь! – прошипел Илья, и лицо его оказалось в нескольких сантиметрах от лица Кондрата. – Слышишь, дед? За Полину я кого хочешь убью. Понял? – Убивают! Убивают! – завопил Кондрат, и голос его, дребезжащий и пронзительный, разорвал тишину дремлющего хутора. Илья отпустил его так же резко, как схватил. Старик пошатнулся, едва устояв на ногах, и погрозил ему кулаком, когда тот уже развернулся, чтобы уйти. – Попомнишь ты меня, Илюша! – крикнул он вслед. – Попомнишь! Да поздно будет! Илья не обернулся. Он шёл к дому Полины, и каждый шаг его был тяжёлым, как удар молота. *** Надежда стояла в прихожей, прислонившись спиной к стене, и смотрела на Стаса, который уже положил руку на ручку двери. – Останься, – попросила она тихо. – Пожалуйста. Стас покачал головой. – Я не тот мужчина, кто будет жить у женщины, Надя. Да и пока я рядом, ты в опасности. – О какой опасности ты говоришь? – она шагнула к нему, коснулась ладонью его плеча. – Скажи, кто тебе угрожает? – Надь, ну хватит, – невесело улыбнулся он. – Ты же знаешь меня. – Я не хочу, чтобы ты уходил! – вырвалось у неё громче, чем она хотела. – Стас, я ждала тебя столько лет. Останься. Он посмотрел на неё, будто подыскивая, что сказать на её слова, но произнёс вдруг совсем другое: – Когда у тебя ночное дежурство? – Послезавтра, – ответила она медленно. – А что? – Я приду в больницу, – сказал Стас. – Ночью. И ты проведёшь меня к Тимуру. – Стас, зачем тебе это нужно… – снова начала она, но он перебил её, взяв за плечи. – Нужно, – сказал он твёрдо. Она посмотрела в его глаза и кивнула, чувствуя, как сердце сжимается от тревоги и любви. – Хорошо. Приходи послезавтра. Я всё устрою. Стас благодарно кивнул и вышел за дверь, не обернувшись. *** Василина проснулась от собственного крика. Сердце колотилось где-то в горле, майка прилипла к спине, в ушах всё ещё звучал его голос: «Молчи, дура, молчи, а то хуже будет». Она села на кровати, обхватив колени руками, и долго так сидела, глядя в одну точку на стене. В доме было тихо. Полина снова ушла в лес, разыскивать Гришку, не забыв приготовить сестре завтрак. Но Василина не притронулась к еде. Она вообще перестала замечать, когда голодна. Она спустила ноги на пол, поёжилась от липкого страха. Марат больше не мог обидеть её. Но во снах он возвращался к ней каждую ночь, и каждый раз находил новые способы мучить её. – Его больше нет, – сказала Василина вслух пустой комнате, но голос прозвучал неубедительно. – Он не придёт. Он умер. Так сказал Стас. Но Тимур жив. И однажды он может вернуться, чтобы отомстить… Василина подошла к окну и коснулась лбом согретого солнцем стекла, не зная, сможет ли когда-нибудь проснуться не от ощущения жёстких пальцев на своём горле. *** Стас вышел из машины и направился к магазину купить пачку сигарет, когда из-за поворота вылетела иномарка. Чёрная, без номеров, с тонированными стёклами, она неслась прямо на него, не сбавляя скорости. Стас рванул в сторону, споткнулся о бордюр и едва удержался на ногах, схватившись рукой за столб. Машина пронеслась в нескольких сантиметрах от него, обдав запахом бензина и горячего асфальта. Он проводил её взглядом, тяжело дыша. Сердце предательски колотилось, ладони саднили от удара о шершавый столб. Машина скрылась за поворотом, не притормозив. – Су…ка, – прошептал Стас, поднимаясь и отряхиваясь. – Кто бы ты ни был, ты ошибся, потому что я теперь знаю, что ты есть, и что ты следишь за мной. А вот то, что я открыл на тебя охоту, ты ещё не знаешь…