оров, без объяснений. Просто вычеркнет его из жизни, и всё. — 23 августа 2026 г. в 11:43:14.107
оров, без объяснений. Просто вычеркнет его из жизни, и всё. Стоп! А если это всё организовал Андрей? Как в фильме, где специально создали историческую реконструкцию, чтобы перевоспитать какого-то балбеса? Но нет. Откуда у Андрея, обычного владельца автомастерской, такие деньги, чтобы сделать всё это? Да и зачем? Значит, это устроил кто-то другой, и ей нужно понять, кто и как поможет ей выбраться из этой нелепейшей ситуации. – Чёрт! А если я сошла с ума? Или я попала в прошлое? Забыв о шишке, она хлопнула себя ладонью по лбу, и снова боль пронзила голову, но мысль никуда не исчезла. Арина всё ещё была здесь, в этой странной комнате, в этом непонятном мире, где не было ничего привычного и знакомого. – Господи, – прошептала она, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Это же бред. Я просто ударилась головой, и мне всё это снится. Но шишка на лбу пульсировала, и ощущение боли в теле от жёсткого тюфяка было слишком реальным. Как запах старого дерева и травы. Как свет, который пробивался из двери, и был слишком настоящим. Арина встала. Ноги её слушались, хотя во рту пересохло, а голова кружилась. Она опустила взгляд и увидела, что на ней всё ещё та самая белая длинная рубашка, из холста, который просвечивал на свету. Арина потянула подол в разные стороны: рубаха была грязной, в пятнах травы и земли, но девушке было всё равно. Ей нужно было найти нормальную одежду, выйти отсюда, найти людей, которые объяснят, где она и что здесь происходит. Она сделала шаг к грубо сколоченной двери, открыла её и вышла в узкий тёмный коридор, который вёл куда-то вглубь дома. Сердце билось гулко и часто, но она заставила себя идти вперёд, чувствуя, как холодный воздух касается её босых ног. И тут на неё налетела женщина. Высокая, дородная, в тёмно-синем сарафане, расшитом по подолу неброскими узорами. На её голове был странный головной убор, повязка, украшенная вышивкой и бусами, из-под которой выбивались пряди волос. Она втолкнула Арину в туже клетушку и испуганно затараторила: – Куда ты подалась, оглашенная, куда? В исподнице-то! Простоволосая! Срам-то какой! Арина замерла, глядя на женщину широко раскрытыми глазами. Наконец заставила себя улыбнуться. – Здравствуйте. Извините, – выдавила из себя Арина. – Вы не могли бы дать мне телефон? Я хочу позвонить. Позвонить, понимаете? Женщина удивлённо хлопнула ресницами, и в её взгляде мелькнуло недоумение. – Позвонить? – она покачала головой. – Так заутреню уже отзвонили, да и на колокольню без благословения не пустят. Ой, баламутишь ты, девка… Арина почувствовала, как внутри неё начинает закипать отчаяние. Она говорила спокойно, сдерживаясь из последних сил, но каждое слово Акулины било по нервам, как молот. – Нет, вы не понимаете, – сказала она, сделав глубокий вдох, и поднесла ладонь к уху, изображая пальцами трубку телефона. – Позвонить. Андрею, моему мужу. – Кузнецу? Позвать тебе его, что ли? – Нет!!! Не надо кузнеца! Это не тот Андрей! – закричала Арина и схватила женщину за руку. Но та отшатнулась, быстро перекрестилась и с опаской отступила ещё на шаг. – Бесноватая ты, что ли? – прошептала она, вглядываясь в Арину. – Али раскольничаешь? Говори, кто ты такая, чтобы я знала, как с тобой быть. Арина почувствовала, как пересохло в горле. Она провела языком по сухим губам и с трудом сглотнула. – Я православная, – ответила она. – Честное слово, православная. И я просто хочу понять, где я и как сюда попала. Вы можете мне ответить? Это… это ведь реконструкция? – Какая ещё рестуция? – не поняла женщина. – А ну-ка перекрестись… Арина перекрестилась, и лицо женщины разгладилось. – Троеперстием крестишься, – покачала она головой, – а беснуешься, как нечисть какая-то… Говоришь не по-людски. И глаза у тебя дикие, будто из лесу вышла. – Я не нечисть, меня Ариной зовут. А вас? – Акулина я, ключница, – ответила женщина. Арине вспомнился диалог двух героев известного фильма: «Ключница водку делала?» «Ну, пускай будет ключница... долго объяснять...» и она быстро прижала ладонь к губам, сдерживая истерический смех: а