Стройка — Ну поможешь им немного! Совсем чуточку. Для тебя же это пустяки!
Стройка — Ну поможешь им немного! Совсем чуточку. Для тебя же это пустяки! — Пустяки? Да они решили, что целый дом будут сами строить! Сами, Олеся! Ты слышишь, сами! А кто из них хоть на грамм в строительстве соображает? Твой папа, который всю жизнь участковым отработал? Или твой брат Никита – программист, который тяжелее мышки ничего в руках не держал?! А началось всё банально. Вечером за ужином Олеся радостно поделилась с мужем Романом новостью: её родители приняли важное решение – строить дом на своём участке. Сами. Своими силами. И всё бы ничего, люди взрослые, имеют право. Но загвоздка заключалась в том, что Роман уже много лет работал прорабом в крупной строительной компании и прекрасно понимал: все прелести этого «увлекательного квеста» лягут на его плечи. — Ну почему они не купили готовый участок с нормальным домом? — вздохнул Роман. — Зачем эти глупости с фундаментом, стенами, крышей? — А ты видел, сколько готовые дома стоят? — аргументировала Олеся. — У них таких денег отродясь не было. — Хорошо, а почему не наймут профессиональных застройщиков? Бригаду нормальную? — Ой, брось. Папа никому не доверяет, — махнула рукой жена. — Говорит, что все строители – халтурщики. Единственный строитель на свете, кому он верит, – это ты. Роман тогда долго ворчал, ходил из угла в угол, высказывал недовольство жене. Но тестю, разумеется, ничего не сказал – уважение к старшим и всё такое. И вот, ровно две недели спустя, Роман обнаружил себя в эпицентре строительного апокалипсиса. Бригада мечты: он сам – главный прораб, Игорь Григорьевич (тесть-участковый в отставке), и младший брат Олеси, Никита, прирождённый программист. И вроде бы грех жаловаться. Помощники подобрались старательные. Но была одна беда: они шагу ступить не могли, когда «прораба» не было рядом. Каждый раз, приезжая на участок в выходные, Роман с горечью обнаруживал, что работа встала ровно на том самом кирпиче, на котором он её оставил неделю назад. Ни сантиметра вперёд! Они просто ждали указаний. В один из таких чудесных выходных, когда Роман в мыле таскал тяжёлые мешки с цементом, Игорь Григорьевич подошёл к нему, вытирая потный лоб цветастой тряпкой, и с невероятно деловым видом изрёк: — Ром, мы тут с Никиткой покумекали… Короче говоря, решили, что теперь мы будем работать два раза в неделю вместо одного. Выбирай, как тебе будет удобнее: будешь брать один отгул на основной работе среди недели? Или давай ещё и воскресенье подключим, чтобы процесс быстрее шёл? Роман замер с мешком наперевес. Он медленно опустил груз на землю, выпрямился и посмотрел на тестя. Внутри у него так кипело! Так кипело! Ему хотелось высказать всё: про их «покумекали», про свои рабочие будни, про единственный законный выходной, который он планировал потратить на сон, а не на укладку шлакоблоков для тестя. Но он сдержался. Знал, что в пух и прах поругается с Игорем Григорьевичем, и тогда Олеся ему этого точно не простит. Поэтому весь накопившийся пар он выпустил уже дома, когда они вернулись в город. — Нет, ты представляешь, какое заявление?! — орал Роман, вышагивая по кухне и размахивая руками. — «Выбирай, Рома, отгул или воскресенье!» Они там чаи гоняют с сушками, а я, по их мнению, должен пахать на двух работах без продыху! Олеся, пыталась сохранить невозмутимый вид: — Ну ты чего завёлся? Ты пойми, это он не со зла. Его же мама постоянно торопит, на уши приседает: «Когда уже переедем?». Я же знаю отца, он просто не хочет её расстраивать. — И что?! — Роман аж фыркнул от возмущения. — Я теперь должен пахать без выходных? У меня, между прочим, своя семья есть! — Ой, не драматизируй, — спокойно бросила Олеся, поворачиваясь к нему. — Успокойся, дорогой! Я тебе разрешаю помочь папе. От этой фразы у Романа глаза на лоб полезли. — Ах так?! — взревел он, потеряв последние остатки самообладания. — Значит, тебя вообще никак не беспокоит, что твой муж вкалывает без единого выходного, как галерный раб? Главное перед родителями выслужиться, да?! Чтобы мамочка с папочкой похвалили послушную доченьку и х