ву.
ву. — Из-за тарелок? — Не из-за тарелок. Из-за того, что я столько объясняю, чего хочу, а ты слышишь только то, что удобно. — Ты мне такого не объясняла. — Я же только что сказала: не обязательно угадывать. Можно спросить. — Я спросил, что тебе подарить, ты сказала: «Ничего не надо». Я открыла рот. Потому что это было правдой. Иногда я действительно говорила именно так. Потом обижалась, если он воспринимал мои слова буквально. — Виталий, если я говорю «ничего не надо», это не означает «покупай первый выгодный сервиз». — А я не умею угадывать, какой сервиз тебе понравится. — Тогда не дари сервиз! Он снова вздохнул. Я уже хотела уйти в спальню, когда он тихо сказал: — Я вообще-то сначала посоветовался. — С кем? — С Раисой Степановной. Я застыла. — С моей мамой? — Ну да. — Ты обсуждал с мамой мой подарок? — Она хорошо тебя знает. Я отправил ей ссылку, спросил: понравится Маше или нет. — И что она сказала? Виталя помялся, потом произнёс: — «А что, недорого и практично! Маше точно понравится!» — Она так сказала? — Да. — И ты решил, что всё, дело сделано? — Ну… мама же тебя знает. Ты сама с ней постоянно обсуждаешь покупки. — Когда я с ней что-то обсуждаю, я могу в итоге сделать совсем по-другому. — Но ведь вы постоянно сплетничаете, обсуждаете, кто что купил. — Дорогой! Обсудить, кто что купил, обгадить вместе кого-то – ещё не значит, что у нас один вкус! Даже если я когда-то спрашивала у мамы совет, я всё равно поступала по-своему. Это называется проявить уважение. Не более того! Виталий поднял ладони: — Ладно, понял. Не стоило спрашивать. — Нет, спросить как раз стоило. Только надо было меня спросить, а не маму. Я всё ещё кипела, но сквозь злость уже проступало другое чувство. Виталик не просто выбрал тарелки. Он обратился к моей маме, отправил ей ссылку, пытался выяснить, что меня порадует. Он действительно собирал информацию, как умел. Просто выбрал не тот источник. — Ты с ней правда советовался? — спросила я уже тише. — Да. — И она уверенно сказала, что это понравится? — Очень уверенно. Я прикрыла глаза. — Конечно. Она бы и тазик для замачивания одобрила, если бы его продавали со скидкой. Муж улыбнулся. — Значит, ты всё-таки не разведёшься со мной? — Я ещё не решила. — Но шанс есть? — Шанс есть у тарелок. Если я найду, кому их отдать. — А у меня? — Есть. Но небольшой. Он подошёл ко мне и осторожно обнял. Я сначала стояла неподвижно, потом всё-таки прижалась к нему плечом. — Прости, — сказал он. — Я правда хотел сделать тебе приятно. — Я знаю. — Я могу вернуть набор. Я посмотрела на коробку. — Пусть пока стоит. Может, привыкну. Может, передумаю. На следующий день мы снова поговорили, уже без крика и без угроз развода. В конце концов мы договорились: перед праздниками будем отправлять друг другу ссылки на то, что действительно хочется. Список вариантов. Из него можно что-то выбрать и не бояться, что подарок отправится жить на верхнюю полку шкафа. Виталик сказал: — Я буду рад любому подарку. А я подмигнула и сказала: — Ты как хочешь, а я больше не хочу получать от самого близкого человека всякую фигню. Он рассмеялся, а я поняла, что злость наконец отпускает. Жду теперь Нового года. Список начала составлять. Там уже есть красивый палантин, сертификат в мой любимый спа и одна совершенно бесполезная вещь, которая мне просто нравится. А ваши мужья умеют дарить подарки? Или тоже «радуют» по акции?