Шкура - 13 - Так это что ж? Сговорились? – выкрикнула Марфа в сердцах, и слезы хлынули...
Шкура - 13 - Так это что ж? Сговорились? – выкрикнула Марфа в сердцах, и слезы хлынули градом. – Вы на меня поспорили, да? Она выскочила на улицу и пулей полетела в баню, чтобы переварить то, что услышала и, как следует, нареветься. Егор с Панкратом обменялись нахмуренными взглядами. Панкрат встал, прошелся туда-сюда, два раза кашлянул в свой кулак, потер усы и бороду. - Это что сейчас было? – резко сел на лавку. – Я что-то не пойму, откуда ты это взял? Егор проделал тоже самое и вернулся на прежнее место. - Что взял? Или у тебя память отшибло? – покосившись на братца, налил из бутылки, дернул и с выдохом выпустил отрыжку. – Ляпаешь, как доярка поутру рядом с фермой в кругу подружек. Егор точно также погладил усы двумя пальцами. Бороду трогать не стал. Закусил салом, отломил мякиш черного хлеба, скатал шарик и положил его в рот. Панкрат не знал, что ему сейчас предпринять: выгнать братца или дождаться разъяснений. - Кого я под тебя подложил? – спросил вполголоса он и потянулся за бутылкой, в которой осталось наливки примерно треть. Второй рукой взял стакан, посмотрел сквозь него и передумал. Поставив его на лавку, перевернул бутыль горлышком в рот и выцедил все пойло. Егор расстроился. Еще не успел разогреться, а брательник осушил остатки. - А еще… есть? – жалобно спросил он. - Выложишь правду – будет. – По венам Панкрата потекла живительная влага, все тело обдало жаром, и мужика слегка разморило. Вся ненависть куда-то улетучилась. Устраивать братские бои не было желания. Панкрат ждал, когда Егор расскажет, что случилось на самом деле много лет назад. А он ведь не из тех, кто ворошит прошлое, но час суда настал. Либо сейчас разобраться, в спокойной обстановке, либо послать братца ко всем чертям. Панкрат выбрал первый вариант. - Я жду, - упершись спиной и головой в печную кладку, он закинул ногу на ногу. Егор что-то промямлил себе под нос, сунул руку в карман штанов, которые были порваны на колене после драки, вытащил пачку с папиросами и закурил. Галя и Степан в это время сидели в своей комнате и подслушивали. Отец им запретил выходить, чтобы не мешали серьезному мужскому разговору. Галя стояла у закрытой двери, прислонившись ухом, а Степан находился рядом с ней, чуть согнувшись. Когда убежала свекровь после страшного признания дядьки Егора, Степан чуть не ахнул во весь голос. Галя вовремя прикрыла ему рот рукой. - Тс-с, молчи. Иначе всю разведку сдашь, с потрохами. – Зашептала она, округлив глаза до неимоверных размеров. Степа моргнул, дав понять, что громко вздыхать не собирается. Галя вновь прижалась ухом к деревянным доскам и затаила дыхание. Оба ожидали услышать что-то сокровенное, какую-то страшную тайну. - Ну-у, - Егору не хотелось вспоминать былое, но трубы горят так, что он готов выложить все, что попросит Панкрат. – А что рассказывать-то? Да ты и сам все знаешь. Батька ж выложил, когда гнал тебя из хаты. - Я хочу знать все. Не припомню, чтоб я Марфу к тебе подсылал. – Панкрат смотрел на брата в упор, не сводя глаз. - Да не знаю я, как все произошло. Ночь была кромешная. До этого с Харитоном у него за сараем самогонку пили. Ну, в общем, пили-пили. Память так отшибло, что я не знаю, как до дома дошел. В дом заходить не стал. Батьку побоялся. Решил на сеновале отоспаться. - Не тяни кота за хвост. Сворачивайся. – торопил его Панкрат. - Ну а что. Иду, значит, спотыкаюсь, встаю, а передо мной батька. Смотрит так, ехидно. Куда, мол, пьяная морда, ползешь? Ну я и отвечаю… - Сворачивай, сказал. Нет мне резону слушать каждую мелочь, - Панкрат уже представил, как Егор с Марфой целуются. - Иди, говорит, на сеновал, там тебя подарок ждет. Панкрат кое-что для тебя припас. - Какой подарок? - А мне почем знать? Я про бутылку тогда подумал. – Облизнулся Егор. – Налей еще, а? - Налью, когда все расскажешь. - Ну вот. Лезу, значит, на чердак, кряхчу, дух испускаю. Панкрат, я что вспомнил. – Егор сглотнул, почесал затылок. – А помнишь, как батька меня на Марфе женить хотел? - Чего-о? – у Панкрата вытянулось лицо. - А ты и не знал? Ха