ий огонь. – Я спрашиваю, что тут у вас происходит?! — 26 июня 2026 г. в 16:01:28.625
ий огонь. – Я спрашиваю, что тут у вас происходит?! – Да ничего, дед, – спокойно ответил ему Вепрь. В голосе его не было ни страха, ни волнения. Только лёгкая ирония. – Всё в порядке. Вот, хозяйка дома решила фокусы с медведем показать. – В порядке?! – взвизгнула Василина. Она рванулась вперёд, готовая выложить всё, что знала – про Марата и Тимура, про то, что они с ней сделали, и как она отомстила им за всё. – Ничего не в порядке! Я всё сейчас расскажу! И мне всё равно, что… Широкая ладонь Стаса легла ей на рот, второй рукой он обнял её со спины, а потом уверенно повернул к себе и заглянул в глаза: – Ну что ты, малышка… Перестань. Если я говорю, что всё в порядке, значит, так оно и есть… Ладонь Стаса прижималась к губам Василины всего секунду, но этого хватило, чтобы слова застряли у неё в горле. И он вдруг с неожиданной нежностью погладил её по щеке: – Ты обязательно всё расскажешь, – сказал он тихо, почти шёпотом. – Только потом. Она дёрнулась, но он держал крепко, а в толпе снова возникло смятение, когда с улицы в неё ворвался Илья. – Полина! – закричал он, растолкав всех. – Что случилось? Где Полина?! – Зверюгу своего в лес повела, – буркнул Кондрат, отворачиваясь. – Гришку?! – А мне почём знать, как она его зовёт… Ишь, ведьма… Вон, через огород подались… Илья рванул в темноту, туда, где лес стоял чёрной стеной. А народ зашумел снова. – Стрелял-то тут кто? – спросил дед, поворачиваясь к Стасу. – Я сам, своими ушами слышал выстрелы. Стас пожал плечами. – Да кто ж его знает… Может, мальчишки петардами балуются. Или охотники в лесу кого подняли. – Не темни, – Кондрат подступил ближе. – А ну-ка, рассказывай, кто стрелял. И чья это машина у калитки стоит? Стас наклонился к самому его уху. – А про пять тысяч тоже рассказать? – спросил он тихо, одними губами. – Которые ты, дед, от жены припрятал? Я видел, где твоя заначка лежит. Пусть твоя бабка тебя раскулачит… Кондрат сжался, как от удара. С минуту он смотрел на Стаса, и лицо его менялось – от гнева к недоумению, от недоумения к страху. Потом махнул рукой. – Расходитесь, – сказал он глухо, поворачиваясь к народу. – Что рты раззявили? Медведя не видели? У нас их тут по лесам полно шастает. Всё. Концерт окончен! Народ, так ничего и не поняв, недовольно зашумел, но начал расходиться. Стас взял Василину за локоть и повёл в дом. Она шла покорно, опустив голову, только подрагивала мелкой дрожью. В доме было тихо. А в комнате, где они оставили Александра, зияло распахнутое окно. – Чтоб тебя… – выругался Стас, выглядывая в темноту. Там никого не было. Только ветер шевелил ветви старой яблони, и где-то в лесу далеко-далеко слышался крик потревоженной кем-то ночной птицы… *** Полина уже вернулась на окраину леса, когда навстречу к ней вышел Илья. – Слава Богу! – воскликнул он. Он взял её за плечи, вглядываясь в лицо. Она смотрела на него пустыми глазами, и губы её дрожали. Казалось, она не узнаёт его, не слышит. – Полина! Что произошло? – прижал он её к себе. – Ну-ну… Успокойся… И тут её прорвало. Она всхлипнула – громко, навзрыд, как ребёнок, который долго крепился, а потом сорвался, – и прижалась к нему. Илья обнял её, чувствуя, как её тело сотрясается от рыданий, как она вцепилась пальцами в его рубашку, будто боялась упасть. – Ох, Илья! – выдохнула она, уткнувшись лицом ему в грудь. – Я и сама не знаю. Всё произошло так быстро. Я ничего не поняла. Василина привела кого-то. Зачем они пошли в сарай? Там же… Там Гришка был, а эти люди… Голос её срывался, слова путались. Илья молча гладил её по голове, прижимая к себе. Ветер шевелил её волосы, пахнущие ароматами цветов и трав. Он чувствовал, как она дрожит, как её сердце колотится у его груди, и думал о том, что готов стоять вот так всю жизнь. Обнимать её, чувствовать тепло, слышать её дыхание. И каждая секунда этого объятия была для него дороже целого мира. Но вот Полина отстранилась от него. Вытерла лицо ладонью, всхлипнула и посмотрела на Илью уже осмысленным взглядом. – Надо идти, – сказала она твёрдо. – Там люди. И тот человек, кот